Научиться любить

– Ты, здесь, – Шахгар повернулся лицом к королеве и рукой указал на место между вторым и третьим орочьим воинами, которые должны были сопровождать своего вождя во время опасного пути. Служанке пришлось пристроиться за мулом и глотать придорожную пыль, которую иногда поднимал ветер, летевший со стороны моря.

Лориэль оглянулась, считая, что это последний раз, когда она видит родные стены. Где-то позади, среди толпы черни и любознательных зевак она заметила отца. Теперь он был жалкий и неопрятный. От былого лоска, власти и могущества остались только грязные лохмотья.

Он поднял руку, постарался помахать, но охрана быстро загнала чумазого старика обратно в толпу.

Караван быстро удалялся от замка. Орки не медлили и на один их шаг девушка делала два. Она с трудом держала в руках подол платья, которое уже в самом начале пути запылилось и вскоре превратилось в кусок тряпья.

Шахгар шел во главе группы. Уже несколько часов они молча, не обращая внимания на встречные колонны плененных крестьян и редких путников-торговцев, двигались вперед.

В конце концов мир вокруг утонул в черноте наступившей ночи.

Лориэль упала без сил на землю, сразу как орки решили сделать привал. Дорога впереди виляла, то поднималась вверх, то с необычным уклоном шла вниз, убегая куда-то в пропасть, чтобы потом вновь начать подниматься в гору. Девушка так сильно устала, что не могла даже сказать об этом. Ее обувь стерлась, платье превратилось в лоскутья, а от былого шика остались лишь горькие воспоминания.

Тула перенесла дневной путь немного лучше. Ей не было известно о царской безмятежности и с детства её тело привыкло к тяжелому труду. Ноги ныли, но все это было терпимо в отличие от того, что сейчас чувствовала молодая королева.

Орки разожгли костер, животных привязали неподалеку к высокой пихте и напоили водой из речушки, журчавшей в своем быстром течении неподалеку от места ночлега. Вождь сидел напротив костра, разговаривая со своими солдатами и изредка поглядывая на женщин.

Лориэль поднялась на ноги.

Преодолевая мучительную боль, раскатившуюся по всему телу и всячески пытавшуюся опрокинуть её обратно на землю, она прошла поближе к костру. Вытянув руку к пламени, стала греться, ощущая на своем теле приятное дыхание танцующего огня.

Платье окончательно разорвалось, когда она попыталась встать. Наступив на край подола, совсем забыв, что оно все еще есть и плетется по земле, Лориэль упала. Длинный кусок от юбки валялся возле ее головы.