Поваляем дурака, Америка?

Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Еще сегодня с утра он находился во вполне цивилизованном Каракасе и, сидя в своем благоустроенном торгпредовском кабинете на мягкой подушечке, наверняка предавался тайным сражениям с компьютером в шахматы. А тут злой рок в виде Логинова нагло и безжалостно выдернул его из этих райских кущей и швырнул прямиком к черту на кулички – к массивам Гвианского нагорья, едва ли не последнего из практически неисследованных уголков Земли…

Виктор закурил, чем вызвал похожий на предсмертный стон Игнатовича.

Пуэбло-Аякучо кишел разномастной толпой, сигналил сотнями клаксонов и чадил убитыми «гринговскими» движками бензином по одному российскому рублю и шестидесяти пяти российским копейкам за литр, а водитель Игореха самозабвенно матерился, пробираясь к представительству «Газпрома». Во всем этом было что-то жизнеутверждающее, и Логинов чувствовал себя просто здорово. Никакой тоски, посещавшей его в последнее время в «газпромовской» «башне», не было и в помине. Тоска безвозвратно растворилась по пути где-то в небе над Атлантикой. Впереди была по-настоящему важная работа, где Логинов мог быть самим собой, а не играть утомительных ролей. В чем, собственно, и заключалось счастье…

17

США, Лэнгли

Получив все, что хотела, Дебора наконец смилостивилась над Джеком и дала ему то, что хотел он. Когда они, обессиленные и обмякшие, растянулись на диване, Джек Мейер закрыл глаза и решил, что это было действительно в последний раз. Узнай кто-то, что начальником отдела Кубы и Венесуэлы Центрального разведывательного управления помыкает какая-то мулатка-водопроводчица, на карьере Мейера можно было поставить крест.

– Ты что, спишь? – толкнула коленкой Джека Дебора.

– Вроде того, – не открывая глаз, сказал Джек. – Устал сильно…

– Ты что, правда, уезжаешь в отпуск?

– Ага, – кивнул Мейер.

– И когда вернешься?

– Надеюсь, через недельку, – все так же с закрытыми глазами пробормотал Джек.

– Да ну тебя! – обиделась Дебора. – Я примчалась как дура, а ты со мной даже разговаривать не хочешь!

– Я же говорю, я сильно устал…

– Ладно! Тогда я, пожалуй, лучше поработаю! – проговорила Дебора и, перебравшись через Джека, подхватила с пола свою одежду.

 – Подвинься!

Мейер с закрытыми глазами откатился к спинке, Дебора начала одеваться.

– Ты случайно не заболел? – спросила она.

– Не знаю, – покачал головой отвернувшийся Джек.

– Покажись врачу! – сказала Дебора, поднявшись и подобрав комбинезон.