Сказка Сердца / Часть 1: Город Осколков

Этим дымом заправлялись тёмные создания, руками которых люди продолжали свою войну за право называться защитником Сердца.

Тут и начинается наша история.

ГЛАВА 1

Кисть цвета апельсиновой корки окрасила южные вершины Дворца Узурпатора и, торопясь, побежала вниз, в жилые кварталы, где на шпилях ещё покоилась исчезающая прохлада ночного тумана. Отражаясь в открытых окнах и заполняя арочные своды, она перепрыгивала с вывесок на жестяные трубы и флаги большого рынка. Будто пробуя на вкус другие цвета и оттенки, она преломилась в мозаиках Старого Квартала и наконец добралась до задних дворов нижнего яруса, редкими каплями упав на лежавший в Переулке Слепых труп.

– Почему именно мы должны убирать мертвецов? – нахмурился толстый стражник. – Сегодня же не наша очередь.

Его высокий худощавый коллега не подал виду, что услышал товарища. Он продолжал изучать листок, взятый из рук мертвеца, и пробормотал себе под нос:

– Это же страница из запрещённой книги…

– Из книги? – удивлённо произнёс толстяк, поднимаясь на носках, чтобы заглянуть в руки своего длинного коллеги.

– Зелье обращения воли, – прочитал длинный стражник.

– Да здесь же написано непонятными еретическими закорючками.

– Болван, тут перевод карандашом на полях.

– Ой, не нравится мне это, Ручи, – закрыл глаза толстяк, – не приведи Сердце, кто-то узнает, что ты эту дрянь в руках держал.

– Поэтому и надо от него скорее избавиться, – кивнул длинный, – бери за ноги, Блоп, понесли к каналу.

Опережая стражников, редкие капли света добрались до когда-то красной двери на углу канала и Переулка Слепых и упали в комнату, больше напоминающую склад механика.

Луч окрасил парящие над старой деревянной кроватью пылинки, отпрыгнул от медной трубы и приземлился в забрало куклы, висевшей на старом крюке у двери. Мерцанием пробежался по вешалкам и пряжкам рабочих поясов, окрасив стальные пружины. Ненадолго заблудился в нескольких стеклянных колбах и оказался прямо в глазу магистра – младшего техника Вульфи.

Галахад Вульфи, слывший легендой среди всего Магистрата, сел на кровать, широко зевнул беззубым ртом и провёл рукой по лысине – она протянулась от большого морщинистого лба к макушке, обрамлённой седым частоколом волос.

Полуприкрытые тяжёлыми веками глаза окинули комнату и поймали своё отражение в пузатой колбе, разбухшей на столе. Магистр тут же скорчил себе рожу.

– Допфое утфо! – прошамкал он и бросил взгляд на куклу, висящую на стене. Но она ничего не ответила.