Ищу жизнь. Чужую не предлагать

Весело галдя, мимо пробежала стайка детей в черных беретах и рубашках стального цвета с нашивками на погончиках. На шеях развивались бело-синие галстуки, повязанные на особый – скаутский манер.

– Эй, на судне! – обратил я внимание на свою сухопутную персону, подойдя к «Ирбису» – Мне необходимо поговорить с Яковом Владиславовичем относительно вашего бывшего члена экипажа.

Немолодой мужчина в тёмно-жёлтой футболке, стоявший спиной к берегу, нехотя оторвался от паруса. Надев легкую курточку с названием яхты на спине и фуражку, капитан покинул судно.

Классический «морской волк». Аккуратно подстриженная черная бородка в стиле «парус», выступающие скулы, обветренное лицо. На щеке был заметен небольшой старый шрам. К тому же, он курил короткую изогнутую трубку. (это я увидел потом) Именно так я «видел» мореходов, под впечатлением прочитанных в детстве Жюль Верна, Станюкевича и других писателей-маринистов.

– Пойдемте, поговорим в таверне – капитан сделал приглашающий жест.

Таверной оказалось небольшое кафе «советского» типа.

Гордая самодельная вывеска над входом «Черная каракатица». Каракатиц я никогда не видел, но портрет «каракатицы» рядом с названием изображал, скорее, черного осьминога, разбросавшего свои щупальца в какой-то пляске святого Витта.

В кафе шумели несколько ребятишек в форме, недавно встретившихся мне на мостках.

– Это наши курсанты – морские скауты. Они здесь парусную практику проходят. – с доброй улыбкой объяснил Яков Владиславович и прикрикнул:

– Эй, молодежь! Потише!

Ребята тут же притихли.

– Извините – ответил старший.

Скауты продолжили разговор вполголоса.

По тону Якова Владиславовича, манере разговора, общему виду чувствовалось, что он здесь главный – хозяин этого яхт-клуба и этой таверны, этого берега и этого ветра. Хозяин всех этих просторов.

Мы присели на открытой веранде под навесом за столик с видом на воду и на качающиеся паруса, белеющие на рейде. Солнце играло бликами на небольших волнах, отчего на поверхности воды пробегали целые вереницы веселых искорок.

Шлепала вода о борта лодок.

Потягивая из трубочек молочные коктейли, взятые в баре, мы продолжили разговор.

– Мы с Андреем ходили на «Ирбисе» несколько лет. Участвовали в соревнованиях, в многодневных походах. Попадали в шторма. Он умелый матрос: умел правильно поставить паруса и правильно галсировать. Не трусил, когда налетал шквал. Не жаловался, когда приходилось заниматься ремонтом судна или латать порванный парус.