Оксюморон

Продавать её поздновато, да и жалко. Столько лет вместе. Лучше уж совершу поступок благородный. Тебе хоть под открытым небом не ночевать. Ну так как, хочешь мой “Мерсик”?

– Хочу, – ответил я – ожидая чего-нибудь вроде,” А больше ты ничего не хочешь”.

– Ну не совсем даром, – Василий широко и добродушно улыбнулся, – раз подраться не судьба так давай на руках поборемся.

Он вытащил из кармана брелок в форме весёлого клоуна сквозь красный нос которого было продето кольцо. На кольце висели ключи.

Положив ключи на стол Василий поставил на локоть правую руку при этом азартно подмигнув мне, дерзай Лёшик.

– Ты победишь – ключи твои, я выиграю – провожать тебе меня до дому.

Мне моя ставка показалась приемлемой. Кроме того, я вдруг почувствовал, уж не знаю, что тому было причиной, выпитое спиртное или ещё что, как во мне просыпается уже было уснувший навеки спортивный интерес.

«Да что он в самом деле о себе думает? – размышлял я закатывая рукав, – что я с поддатым мужиком не справлюсь.

»

Вскоре мы уже посапывая от напряжения сражались друг с другом. Скажу коротко –победил я.

– Права то надеюсь успел прихватить из дому? – произнёс Василий, когда ключи уже были у меня в руках.

Я кивнул, права у меня были с собой.

– Тогда вот тебе адрес двора, в котором он стоит – с этими словами он вытащил из кармана рубашки блокнот и ручку и написал адрес.

Я отметил, что адрес написал он ровным аккуратным почерком, что для пьяного выглядело несколько странно.

Пока он писал, я наполнил свою рюмку и уже хотел выпить, дабы закрепить обретённое состояние духа.

– Не стоит тебе сейчас перебирать с водкой, Алексей – сказал Василий – возможно в вине и кроется истина, но в водке особенно в большом количестве, могут скрываться только неприятности. Не гоже злоупотреблять спиртным в твоём положении. Хотя справедливости ради стоит заметить – а в каком положении оно гоже?

Я кивнул в ответ про себя соглашаясь с этой в высшей степени справедливой сентенцией.

– А я вот накачу, пожалуй, ещё – сказал Василий – мне терять уже нечего. С этими словами он взял бутылку наполнил рюмку затем без всякой паузы залпом осушил её.

После, вытащив из пачки очередную сигарету он закурил, глядя на то как я расправляюсь с очередным бутербродом с копчёной колбасой. Помолчав какое-то время, он произнёс,

– Слушай, Лёшик, ты веришь в загробную жизнь?

В каком смысле, не понял я.