Я не люблю убивать

А задница у Зои – так просто отпад! Она знала не понаслышке, что её аппетитный зад – дико меня возбуждает. Я познакомился с ней в конце девятнадцатого века. Познакомился и с ней, и с её круглыми ягодицами. Уверен, что ночь нашей первой близости запомнилась Зое навсегда.

– Гриша, может, я пойду? – смотрела на меня собачьими глазами вампирша.

– Только без фокусов… хорошо? – на всякий случай скомандовал я, мысленно лапая её фигуру; хотелось зайти ей за спину, чтобы звучно шлёпнуть по пятой точке.

– Да что ты, Гриша… как я могу подвести тебя? – прятала руки в задних карманах Зоя.

Вампирша всегда так делала, когда чувствовала моё возбуждение. Предохранялась. Но, несмотря на то, что ей уже за триста, душой она оставалась всё-таки наивной. Разве руки в карманах меня остановят, если я замыслил изгнание демонов?

Я пронзительно посмотрел Зое в глаза. Люблю, когда она пугается моего прямого взгляда.

– Могу положиться на тебя? – вкрадчиво спросил я, точно зная, что она не подведёт.

– Гриш! – прижала руку к груди вампирша, сделав взгляд милым и доверительным.

 – Через пятнадцать минут я затаюсь на балконе. Спрячусь в коробке. Спать не буду. Не волнуйся… первый раз, что ли?

Я утвердительно кивнул, но всё-таки добавил:

– И чтобы тихо как мышь сидела! Не спугни до времени!

– Как скажешь, Гриша! Как скажешь, – уверяла меня Зоя.

Она попятилась назад и смешалась с толпой. Через мгновение исчезла.

Вапмирши умеют становиться невидимыми для простых людей; не для меня, конечно, а только для обычных людей.

От Григория Вершинского сбежать невозможно. А Зоя, это совсем другое дело – она фронтовая подруга. Работает на меня больше сотни лет. Можно сказать – я успешно перевоспитал злобного кровососа в юбке, превратив в своего союзника.

Между прочим, потратил уйму времени на неё. Если вспомнить и сосчитать, сколько раз проводил сеанс проникновения, который коротко называю ЛКН, что расшифровывается как Ликвидация Кровососущего Нетерпения, то из смачных сеансов можно сложить тысячу нескончаемых и бессонных ночей.

Для меня рабочих ночей и в какой-то мере ублажающих, для Зои Вратовой: всегда неотвратимых и промывающих не только мозги.

С чистокровной вампиршей, рождённой где-то на Балканах, я всегда работал с утроенным энтузиазмом. Бывало, она пыталась сбежать от меня. Переходила границы, пряталась на Тибете, даже отказывалась от питания и меняла личину. А однажды пришлось снять её с парохода в Константинополе – это ещё в Гражданскую.