Всегда один

Это ещё кто? – Ну Лысый же! Неужели не помнишь?!

Лысый?! Мелентьев? Да, точно, Мелентьев он… неудивительно, что я так навскидку не помню – кто там его по фамилии звал? Но я её слышал, это сто процентов.

– Лысый… ФСБ?!

Опять загомонили на три голоса. Из сумбура уже изрядно поддавших мужиков (видать, на вчерашние дрожжи) удалось вычленить конкретику: да, Лысый сначала ушел служить на границу, потом где-то отучился, вернулся уже ФСБшником в краевой центр. А тут поучаствовал не просто так, а специально выслеживал Альбу! Ох, ё! Вот это номер! Лысый – выслеживал Альбу! И выследил.

И посадил. И ещё два десятка человек вместе с ним, за компанию. Да уж – похоже, что накал в их школьных отношениях я несколько недооценивал.

Опять прорвалось кое-что интересное:

– Да все, никого он тут уже не поймает – забрали его.

– Кого забрали? – переспросил я.

– Лысого забрали, в Центр. К вам, в Москву, – снова подмигнул, – глядишь – свидитесь как-нибудь.

Вот уж не надо, думаю, спасибо. Никакого желания не испытываю. И даже с Альбой видеться не хочу, хоть он вроде и на пострадавшей стороне теперь.

Дальше беседа стала потихоньку вянуть. И водка кончилась, и мужики уже датые, да и понятно, что ничего, сравнимого по силе с «золотым делом», в городе просто не случалось. Я наконец-то согрелся, а от запаха, показавшегося несколько часов назад вкусным, уже стало мутить.

Можно уже и на волю… Встаю, легко отбиваюсь от не очень искренних попыток продолжить банкет, беру с вешалки куртку. Уже буквально на пороге в голову стреляет неожиданная идея:

– Это, мужики – а не знаете, куда на вахту-то ездили? За золотом.

Алкаши жмутся – двое, поскольку Вася-хозяин уже откровенно спит. Наконец, Гриша неуверенно выговорил:

– Я, было дело, сам ходил к бригадиру, просился.

Его приятель смешно, по-птичьи, наклонил голову вбок:

– Так ты тоже ездил?

– Не, не взяли меня.

Сказал, мол, там бичи не требоваются – своих хватает.

Вмешиваюсь в их междусобойчик:

– Так куда?

– Тогда они ездили куда-то на Камчатку. Вроде.

Помолчали. В принципе – все уже сказано. Я натянул шапку поглубже, развернулся и, не прощаясь, вышел на улицу.

– *-*-

Улица встречает меня надежно забытой погодой – «мороз и солнце».