По следу

– А куда же дальше? Следов-то ведь нет? – спросил Виктор.

– Как куда?! – удивился мерген. – Прямо поедем, откуда след шёл. Не всегда такыр будет. У такыра обязательно край есть! – и старик обрисовал руками как бы круг, стараясь пояснить, что такыр занимает ограниченную поверхность.

– Там, на краю, будем след искать. Где-нибудь верблюд пришёл на такыр. Наверно, не с неба на такыр упал! – мерген решительно ударил своего верблюда камчой, заставляя подняться.

– Витя! – взмолилась Ксения. – Но ведь должен же быть предел фантазиям?! Что же мы теперь будем колесить по всей пустыне и искать какие-то следы сбежавшего, полоумного верблюда?

– Я не знаю, – ответил Виктор серьёзно.

 – Я же плохо разбираюсь в следах. Может, и правда всё это зря… и очень хорошо, если зря! – Виктор ударил своего верблюда и погнал его вслед за мергеном.

Верблюд Ксении пошёл за ними, не дожидаясь понукания хозяйки.

Такыр –«асфальт пустыни», точно искусственно смазанная глинистым раствором огромная площадь.

Эта поверхность затвердела и покрылась множеством мелких трещин, образуя рисунок из одинаковых фигур правильной формы. На такыре не было видно ни одного растения и вообще никаких признаков жизни. Такыр, да еще поздней осенью, – это пустыня в буквальном смысле этого слова. Ежегодно весной на месте такыра подолгу стоит вода и почти не впитывается. Но горячее солнце юга постепенно испаряет её, и высохшее дно твердеет настолько, что ни одно растение не может пробить его своими ростками.

Целый час верблюды брели по такыру совершенно беззвучно, как тени, не оставляя после себя ни одного следа, ни одной царапины.

Наконец показался край этой «асфальтовой» площади. Берега состояли из солончаковой мягкой почвы. Следы на ней были бы более заметны, чем на песке. Но следов одинокого верблюда здесь не было, как и вообще никаких следов. Однако старого охотника это не смутило.

– Немножко не сопсем угадал! – заявил он и успокоил: – Немножко лево, немножко право – след обязательно будет.

 Я нарочно право брал. Чичас, пожалуйста, лево поедем! Краем такыра ехать будем. Самый раз след найдём! – и мерген, весело взмахнув камчой, погнал своего верблюда по краю такыра.

Ксения промолчала, но мрачное выражение её лица ясно говорило, что молчит она до поры до времени.

Слова мергена вскоре оправдались.

– Вот видишь? – окликнул он девушку, указывая на отпечатки ног одинокого верблюда на солончаке.