Инверсия жизни

Задница его промокла, потому как присел он как раз в небольшую лужицу. Но из-за притока адреналина мокрую попу Дарвин не чувствовал, как и боль в разбитом носу.

Настя дала Петрову пощечину.

– Давай начистоту, – сказал Сашка. – Ты же подошла сюда не Дарвина защищать. Чего тебе от меня надо?

– От тебя? Ничего мне от тебя не надо!

– Ну так иди домой или куда там ты шла! – Петров перешел на крик.

– Вот и пойду! – Девушка повернулась к Лёне и протянула ему руку: – Пошли, Дарвин.

Настя кое-как подняла неуклюжего Лёню.

Тот пока еще находился в прострации, но, видать, уже что-то соображал, потому как смог произнести:

– Спасибо, Настена.

– Дарвина я никуда не отпускал. – Петров сделал шаг в сторону все еще держащихся за руки одноклассников.

– Тебя никто не спрашивал, – огрызнулась девушка. – Пойдем, Лёня.

Петров схватил Дарвина за шиворот.

– Да угомонись ты уже! – Настя выпучила глаза на Сашку.

Юрий Эдуардович сумел незаметно подойти к дерущимся. Школьники обратили на него внимание, только когда он заговорил:

– Завтра, Петров, я буду говорить с директором по поводу твоего отчисления из школы.

 – Юрий Эдуардович поправил очки.

– Это еще за что? За то, что я случайно попал в вас жвачкой?! Я не хотел! – возмущенно произнес Петров и отпустил Лёню.

Все трое смотрели на учителя.

– Нет, Петров. За то, что с тобой постоянно возникают какие-то проблемы. То ты дрожжи в унитаз кинешь, то петарду в карман уборщицы засунешь, то в туалете накуришь… Пьешь! Дерешься! Отнимаешь у младших классов деньги! Ты неадекватный! Есть спецшколы для таких, как ты, – для трудных подростков.

На педсовете на тебя жаловались все учителя, кроме физрука. И то физрук не жаловался только потому, что ты постоянно прогуливаешь его уроки.

– Никогда я не отнимал у младших деньги! Только у ровесников! – возмутился Петров. – Это моя принципиальная позиция! А уборщица эта тупая меня веником ударила за то, что я бычок бросил в туалете!

– В туалете вообще курить нельзя, Петров! Это школа! – ругался учитель.

 – Ты вообще, что ли, не… не… я даже не знаю, как с тобой разговаривать.

Облаков рассмотрел окровавленное лицо Лёни.

– И снова драку устроил на территории школы, – добавил учитель.

– Вообще-то это не я его ударил, – оправдывался Петров.

– Конечно, не ты. Еще скажи, что он сам себе нос разбил. Или, может, это Настя его так? – усмехнулся Юрий Эдуардович.

– Ну, вообще-то, да! Это Настя! Она его пакетом! Скажи же, Дарвин, – произнес Петров.