Инстинкт

Орки заметили блики обнажившихся орудий. И тут же срычали что-то на неизвестном диалекте вперемешку со звериным рыком. Они достали топоры и также, не спеша, продвигались шаг за шагом в сторону богатырей.

Никто сейчас не спешил в атаку, медленно приближаясь и оценивая каждый шаг. Кто как держит оружие, как смотрит, оценивая оружие. Ко всему удивлению ни один не струхнул. Их взгляды пересеклись, а оружие то и дело каждый размашисто держал, дабы отвлечь внимание. Это тоже, своего рода, проверка: если противник посмотрит на оружие, то значит, что воин не уверен в своих силах.

Только их расстояние стало меньше десяти шагов, как раздался громкий рык и резкий выпад орков вперед, скрестив орудия и проверяя физическую подготовку противника. Но чтобы не затянуть с этим видом оружейной борьбы, кто-то из соперников резко выдернул оружие на себя и начался настоящий бой.

Маша руками с тяжелым оружием, да так, будто оно не весит ничего, а словно продолжение руки, богатыри начали делать это так, как они обычно это делали с другим противником, отрубая по-быстрому руки и голову сопернику.

Но орки не обычные, и на каждую атаку богатырей, они чуть ли не играючи отбивались за счет большого топора как щитом. Даже в некоторых случаях пытались контратаковать.

Бойцы удивляли друг друга своими навыками и никто не уступал, лишь увеличивая темп, силу и демонстрируя грациозность ухода от смертельных ударов. Росс, видя, что бойцы не могут вырваться, сломя побежал туда, желая хотя бы одного удара.

Звон оружия разносился по округе, тут же глушась о деревья и густые кустарники. Искры летели так, будто в гостях у кузнеца.

Словно тигр, Росс медленно подбирался, обходя сражение сзади. Парни как могли бились, но ни одна из сторон не уступала. Удар, блок, удар, уворот, удар, контрудар. Орк окровил руку Ерея, а он как не бывало махал мечом, стараясь нанести удар. Дор махал копьем так быстро, что казалось, что он нарушал все законы притяжения, высоко подлетая вверх, и как стрела опускаясь вниз.

Орк и не думал сдавать позиции, подставляя под удар свой широкий топор, словно щит. Ируку приходилось тяжелее всего, ибо его здоровенный меч путался в ветвях, но богатырская отвага не позволяла ему расслабиться, и он вместо размашистого рубящего удара бился рукоятью меча, а железные рукавцы не давали порезать ткани палец, нанося удары тупым предметом. Но и орк у него был попроще, чем у остальных: медлительнее, да ленивее.