Смерть может танцевать 3

Однако с чего вы взяли, что я оставлю за своей спиной врага, хоть и поверженного?

– Я прошу у вас милости, господин, – продолжил гнуть свою линию тот.

– Что вы можете предложить взамен? – совершенно серьёзно спросил я, – Ведь мне придётся вас кормить, а заодно каждый раз опасаться удара в спину.

– Я… Я не знаю, – поднял тот на меня удивлённый взгляд, – назовите цену и мой Император заплатит выкуп.

– Ваш Император первый ступил с войной на мою землю, – ответил я. – Вы со своим войском сейчас стоите на ней и просите пощады.

А вы, лично вы, пощадили людей, пока двигались в нашу сторону? Скольких женщин изнасиловали ваши солдаты?

– Я не понимаю?! – удивление в глазах полководца стало ещё больше. – Ведь мы же сдались.

– И совершили ошибку, – усмехнулся я и точным ударом снёс ему голову мечом, зажатым в левой руке.

Мои воины, которые молча следили за нашим разговором тут же выкрикнули дружное «Хей» и насадили на копья уже побросавших оружие врагов.

Всё было кончено минут за двадцать.

От некогда грозного вражеского войска остались лишь трупы, которые усеяли берега узкой протоки.

– Тысяча триста убитыми, три тысячи тяжело ранены и более тридцати тысяч лёгкие раны и царапины, – наконец доложил Мыш. – Более точные данные предоставлю позже.

– Принял, – подтвердил я слова кивком, – Трофеи не трогать, берём только короткие копья и стрелы, остальное бросить здесь. Забираем провизию и сворачиваем лагерь.

– А что с мёртвыми делать? – задал резонный вопрос Мыш.

– Наших на погребальный костёр, врагов бросим так, – ответил я, – К утру все должны быть готовы. Отправь людей за их караваном, теперь у нас есть быки. Раненых погрузить на повозки, исполнять.

– Слушаюсь, господин, – коротко поклонился тот и начал раздавать указания.

* * *

Первый восточный гарнизон мы увидели спустя полторы недели. Крепость возвышалась на холме и перекрывала проход, шириной в шесть километров. С северной стороны раскинулась река, а с юга расположился обширный горный массив.

Уже несколько дней, наше войско маршировало по земле восточной империи, но на глаза попадалась только голая степь, которую изрезали мелкие речушки, впадающие в озёра различной величины. Брошенные деревни и ни одного города.

Все большие поселения начинались дальше, за пределами приграничного гарнизона. Это было самое удобное место, чтобы перекрыть подходы в Империю, а земля перед ним заселялась на свой страх и риск.