Сумрак. Становление охотника

На один медяк можно нормально пообедать в придорожной корчме. Я шёл не спеша, наслаждаясь спокойной прогулкой. Можно было, конечно, купить коня, но, во-первых, это дорого, во-вторых, у меня теперь хищный попутчик, неизвестно, как на него отреагирует пугливое животное.

Заодно в гильдии можно пополнить запас в дорогу процентов на тридцать-сорок дешевле. Ну и сразу взять какой-нибудь заказ.

В том, что Хорёк сдаст меня людям Кремня, я очень сомневался. Даже был уверен, что не сдаст. Он его заказал. И если он сдаст меня, появятся лишние вопросы о его осведомлённости.

Шагалось легко, и мысли сами собой снова вернулись в прошлое…

Глава 4

Три дня в гостинице пролетели в тренировках незаметно. На утро, после прибытия, Сарочка принесла такой завтрак, что я снова объелся до икоты. Её выпечка была действительно бесподобна. Не успел я отойти от плотного завтрака, как дядя Женя выгнал меня на улицу.

– Хватит лежать, – резко встал он с кровати, – и так двое суток потеряли.

И снова начались изнурительные тренировки.

Поглазеть на нас собралась вся окрестная ребятня. Некоторые пытались повторять за нами, а на второй день дело дошло даже до драки двоих пацанят. Пришлось разнимать. Глядя на разгорячённых ребят возрастом лет пяти, на лице невольно вылезла улыбка. По вечерам были стрельбы. Наконец в этом деле у меня наметился прогресс, и Фантом добавил ещё одну дисциплину – метание ножей. На удивление, это дело я освоил быстро. Даже дядя Женя удивился, сказав, что обычно на обучение человека просто воткнуть нож в дерево уходит не один месяц. И тут же решил усложнить и получше развить внезапно открывшийся талант. В итоге в деревне мы провели не три дня, как планировали, а неделю.

По вечерам мы чистили и смазывали оружие, точнее, я, а Фантом рассказывал о моём новом мире. Так в первый день я убирал монеты в новый кожаный кошель и внимательнее посмотрел на них. Оказалось, что это просто пластина длиной сантиметра три, шириной сантиметра полтора и в толщину миллиметр или полтора.

Ни рисунка, ни обозначения, просто пластинка. Вечером, вспомнив об этом, у меня возникло много вопросов.

– А почему монеты такие странные? Ни обозначения, ни номинала? – спросил я.

– А зачем, так проще. Смотри сам. В одной серебряной пятьдесят медью, в одной золотой пятьдесят серебром, а если медью, то уже две с половиной тысячи получается. На трёшник медью можно заночевать в гостинице, на одну медяшку можно поесть в придорожной корчме.