Контрабандист

Согласовываем рутинные дела – ну там топлива подлить, гидравлику третьей левой лапки проверить – вроде масло подтекает, обычные мелочи, привычные любому пилоту. А под конец – как всё согласовали, и спрашиваю – а пахнет-то у вас здесь чем? Ни как холодильники сбоят.

– Пахнет? – Принюхивается он и удивлённо разводит руками: – Ты чего, пилот? Ничем здесь не пахнет, нормально всё и холодильники исправны.

Ну ладно, мало ли – после обогащённого и восстановленного воздуха внутри корабля, бывает и не такое почудится.

Откланиваюсь и иду в бар. Перелёт долгий, денежку заплатили, так что мешает отметить успешный рейс парой пива? Слухи местные послушать – опять же, вдруг о чём полезном люди болтают? Может что и пригодится.

И вот только я из ангара вышел… Вот тут меня и накрыло. С головой. Полностью.

Вонь.

Легионы протухших рыбьих душ, держа наперевес приправы, ринулись в атаку, забивая рот, нос и даже поры кожи своими неповторимыми ароматами. Зрение отказало чуть погодя – нет, глаза остались целыми, но слёзы… Скажу вам честно – я так в жизни не рыдал.

Как я вернулся в Буханку – не скажу. Наверное, на ощупь добирался.

Врубил на всю мощь вентиляцию и… И немедленно вырубил – я же на обслуживании был! Всё, все коммуникации – питание, вода и воздух! Воздух, чёрт подери – всё с планеты шло.

Угу. Со всеми прилагающимися этому месту ароматами.

Так быстро я в скафандр ещё не забирался.

Как выяснилось позже – угодил я к ним как раз во время празднования некой местной торжественной даты.

Не то «День Первого Улова», не то что-то религиозное, не знаю и знать не хочу. Главным – для меня, было то, что в эти дни они обжирались этим самым стрёммингом.

Ага, им самым. Из основательно протухшей рыбы. Типа она так мягче становится и пряностями лучше пропитывается. Мягче… Ну да, ну да. Настолько мягкой, что её через трубочку высасывать можно. Рыбу. Трубочкой. Бррр…

Корабль я продал на первой же оказавшейся по пути Станции.

Причём улетал я с неё на Орле – скоростном лёгком истребителе, справедливо опасаясь получить вслед обвинения в контрабанде биологического оружия.

Меня спасло то, что манагер, поленившись лично осмотреть корабль, доверился электронной сводке. Ну… За свою лень он получил достойную награду – продать эту машину можно было только напрочь лишённому обоняния пилоту. Его вина – он же чуял, как от меня разило, когда мы сделку оформляли, мог бы и поинтересоваться.

М-да… И вот сейчас – снова рыба.