Голоса возрожденных

Протяжным криком о помощи оборвалась и эта заинтересованность. Охотники Гурдоба?на, разбирающие завалы его обрушившейся хижины, наткнулись на три тела в бессознательном состоянии и тушку вполне себе живенького ре?буза.

Свинья взвизгнула, попыталась вырваться из чужих рук, и поросячьи глазки забегали.

– Скорее сюда! – закричал рослый ами?ец. – О Дума?ст! Это пьянчуга Пи?дмен!

За ним закричали двое других:

– Откуда здесь урпи?йка?!

– Что за рыжеволосая бестия!

Если бы Франк понимал их язык, то его ноги уже бы неслись к завалам хижины.

Но незнакомые слова лишь на минуту завладели его мыслями.

Озадаченный находкой, Гурдоба?н накрыл лицо матери покрывалом, в последний раз поцеловав ее в лоб.

– Прощай, мой свет, – хрипло произнес он. И встав на ноги, устремился к дому.

А?ккертон последовал за ним, пока что мало понимая возникшую обеспокоенность друга. Но он мог поклясться, что взгляд ами?йца был по меньшей мере озадаченным. Песок под сапогами стал еще горячей, а солнце еще выше.

Когда же они достигли завалов, А?ккертон не поверил своим глазам. Среди груды сломанных балок исцарапанной фарфоровой куклой, прикрытой прядями каштановых волос, лежала Сэл Дженсен. А на ее голове отсвечивала позолотой та самая треклятая корона. Рядом с ней, посиневшая кожей, храпела У?ргуская Фендо?ра, и сейчас этот храп невозможно было отличить от поросячьего.

– Я знаю ее! – воскликнул Фостер, наполнившись мыслью, что он все ближе к дому.

Он коснулся рядом стоящего охотника, и тот хмыкнул.

– А что тут знать, рабыня Сэ?йланжа, наверняка сбежавшая.

– Да не ее, – махнул рукой А?ккертон, тем самым словно сравнив Фендо?ру с никому не нужной свиньей. – А девушку с короной!

– Опять лопочет что-то непонятное, – отозвался другой охотник. Но Гурдоба?н понял парня.

Как раз в этот момент он помогал вытаскивать израненного Пи?дмена из завалов, впрочем, этот пьянчуга был вполне себе живой. А когда А?ккертон подал голос, не мог не подойти к нему.

Руки сомкнулись, и между ними возобновилась связь.

В глазах ами?йца просочилась неприкрытая озадаченность, как девушка могла попасть на остров, если находилась в плену хваткого зи?рда. Затем они оба взглянули на Бафферсэ?на, стоящего в отдалении, у побережья, что был прикован взором к кораблям на горизонте. И прежде чем его позвать, Фостер, опустившись на колено, прощупал на девичьей шее пульс.

– Она жива, – улыбнулся он, подумав о том, что среди них, к великому счастью, нет Клер.