Голоса возрожденных

 – Если вы хотите знать, рассказала ли она вашему отцу о вас, то нет. Она достаточно стойко переносит все издевательства, хоть и частенько проклинает вас. Но если, по правде, великий Би?лту, вы были с ней заодно…

Зи?рданец остановился, обозрев каменную постройку пытальни. Для него она была обычным продолговатым строением, напоминающим широкий амбар, для Фи?фла же чем-то несколько большим.

– Тебе известно, что Сависти?н, придумав свой абсурдный план, покинула меня, – ответил он. – Разве вы не нашли ее любовника, спланировавшего бегство с короной на Сэ?йланж?

– Хм, – задумался Фи?фл.

 – Разве не вы были тем любовником?

– Ты дотошно пытаешься изобличить меня в том, что я не совершал, – сказал Би?лту. – Я ничего не знал: ни о высадке на Са?лкс, ни о бегстве на Сэ?йланж, ни тем более о золотой короне.

– Предполагаю, что вы лжете, – обвинил его раб. – Не боитесь, что по?рвулы «Га?рпинэи» или же урпи?йцы предоставят в скором будущем информацию, губительную для вас?

– А ты не боишься сдохнуть прямо здесь и прямо сейчас? – пригрозил ему Би?лту.

– Как же можно такого бояться, – рассмеялся Фи?фл. – Я раб, я уже все одно что мертв.

– Тебе пора на каменный пригорок, – пренебрежительно произнес Би?лту, – малевать свои рисунки. Не задерживайся, пес.

Лицо Фи?фла, казалось, почернело от сказанного, но противиться велению Пе?стого сына он не мог. Би?лту проводил его хищным взглядом до первой кузницы и вошел в душную пытальню.

Всем своим видом пытальня напоминала темное подземелье, уставленное каменными плитами, напоминающими широкие алтари, к которым по рукам и ногам крепко-накрепко привязывали полуобнаженных пленников.

В углублениях монолитных стен располагались кристаллы сияющей я?шры, что напрасно пыталась осветить собой вездесущий полумрак. Окровавленные оковы тут и там говорили о том, насколько часто зирда?нцы пользовались ими, в основном чтобы сломить последний оплот воли порабощенных. Когда-то и Фи?фл прошел через это, прежде чем стать послушным рабом. А до него молодой парень по имени Армахи?л, впрочем, их кровь давно уже смылась потоками иных слез и слюней.

Стены насчитывали не одно орудие для пыток, изобретенное умелыми кузнецами на потеху великого зи?рда. Наиболее часто применяемым было приспособление для отсечения конечностей с двумя острыми секирами, маятниками, проходящими свой путь, над телами стольких бедолаг, что и не сосчитать, опускаясь все ниже и ниже.