Аль-Джасум: душащий в темноте

Это был крепкий высокий парень лет двадцати пяти или чуть больше. Густая шапка черных волос, такая же густая черная борода и укороченные усы, белоснежная улыбка, горящий взгляд, спортивное телосложение – яркий пример кавказского типа мужчин. Именно так и представлял себе дагестанцев Сергей, но для себя все же отметил, что за внешней жесткостью парня чувствуется доброта и отзывчивость. Чувствуется какое-то внутреннее, располагающее к нему, тепло. И этим теплом обдает буквально с первых секунд знакомства с ним.

– У вас, наверно, миллион вопросов? – спросил дагестанец.

– Не без того, – согласился отец.

– Наверно, думаете: «Что это за странный Мага, который позвал незнакомых людей непонятно куда и непонятно к кому?»

– Ну, примерно так…

Хоть Мага и располагал к себе, а отец хоть и выглядел внешне спокойным, все же внутри него все было напряжено. Он всматривался в виды вокруг, пытаясь разглядеть подвох, не допуская до конца мысли, что все происходящее с ними не имеет «двойного дна». А было ли оно на самом деле? Гадать оставалось недолго.

– Не переживайте, – сказал Магомед. – Скоро сами все увидите. Вам абсолютно нечего опасаться.

Артем тоже смотрел в окно, но не в ожидании подвоха, а с любопытством. В окне мелькали новые, невиданные ранее, пейзажи: невысокие частные дома, огороженные каменными заборами; пустые поля с пожелтевшей травой, на которых паслись стада баранов и коров; перекопанные пахотные земли; длинные, словно казармы, парники; еще какие-то непонятные строения, стоящие то одиноко, то небольшими группами; редкие деревья и кустарники, густо покрытые хоть и зеленой, но порядком выгоревшей листвой.

Вдоль дороги по одну ее сторону тянулись столбы с проводами, по вторую – желтые газовые трубы. Где-то вдали виднелись горы. Через открытые окна в салон автомобиля залетал горячий соленый воздух, нагретый большим дагестанским солнцем, напоминая пассажирам, что где-то совсем близко их ждет море. Иногда, после какого-нибудь поворота, оно даже являло пассажирам свою ярко-голубую гладь, но тут же исчезало за рядом каких-нибудь строений или огороженными сетчатыми заборами садами. Проезжая небольшие населенные пункты, Артем удивлялся, как высоки и узки торчащие тут и там тополя. В Москве они осанисты и раскидисты, а здесь совсем другие. Мечети с большими куполами и стройными минаретами стояли обособленно и величественно, придавая видам из окна своеобразный восточный колорит. Все иначе. Все по-особенному. Все ново и интересно.