Любовь по-немецки

Я в чужой стране, рядом со мной двое немецких мужчин, и всё, словно во сне. Всё так, как должно быть, никаких табу. Карстен тоже увидел этот сигнал. Он скинул плавки и ворвался в меня. Боже мой, как это было сладко, как желанно для меня. Я застонала от наслаждения, двигаясь ему навстречу. Он заполнил меня всю: огромный и сильный, он почти разрывал меня. «Ещё, ещё, прошу тебя, не останавливайся», – бормотала я по-русски. Йенс хотел видеть моё лицо, искаженное страстью, но я инстинктивно отворачивалась от него. Он был лишним здесь.

Глухие стоны, почти рычание, вырывались из моей груди при каждом новом толчке. Карстен причинял мне боль, но эта боль была такой сладкой, что я сама насаживалась на него, стараясь почувствовать его глубже. Йенс схватил меня за руку, и я, даже не соображая, чья это рука, Карстена или Йенса, страстно вцепилась в неё пальцами. Моё тело содрогалось от оргазма, какого я не знала ни с одним из моих прежних мужчин.

Когда мы встали с постели, я посмотрела на обнаженного Карстена. Такого огромного великолепного мужского достоинства я не видела никогда в жизни: совершенный инструмент для секса, около 24 сантиметров в длину и около шести в объёме! Просто невероятно.

Как он поместился внутри меня? Карстен перехватил мой взгляд и засмеялся. Он знал, что ему есть чем гордиться. Я подошла к нему и с благодарностью поцеловала в губы. Он ответил мне ласковым долгим поцелуем, одной рукой прижав к себе за ягодицы. По самому первому поцелую ты всегда узнаешь, твой ли это мужчина. Это был мой.

Ночью я очень плохо спала. Моё тело и мой разум были слишком перевозбуждены от случившегося. Наутро, сидя на балконе и куря сигарету, я по-прежнему пыталась переварить то, что произошло накануне. Я попала в мир, где другие правила жизни, и для меня это была настоящая сексуальная революция. Но в то же время я не испытывала стыда или раскаяния. Я была счастлива от того, что неожиданно я получила легальную возможность иметь отношения с мужчиной, который так понравился мне и так привлекал меня сексуально.

– Вы не должны винить себя, – сказал Йенс, внимательно наблюдавший за мной. Видимо, потрясение и растерянность были написаны на моём лице. – Всё, что произошло вчера, совершенно нормально. Я обещал вам, что вы будете счастливы, и я держу моё слово. Я видел, что вы хотите Карстена, и я не имею ничего против вашего секса с ним, если это доставляет вам удовольствие. Это Германия, а не Россия. Здесь это в порядке вещей.

Я молча слушала его.