Легкое пёрышко. Как свет во тьме

Без меня он бы все еще торчал в тюрьме колдунов, где его запер отец Виктора, чтобы шантажировать нас и получить печать Вангуун. Для меня оставалось вопросом, почему он до сих пор считал меня ребенком.

Я неохотно забрала лейку из рук бабушки. Она настаивала, чтобы ее любимые розы поливали исключительно дождевой водой. Это значило, что приходилось примерно двадцать раз наливать в лейку воду из канистр, стоявших у стены участка, и тащить ее к грядкам. Самой бабушке это, разумеется, уже было не под силу, а мужчины сейчас рубили дерево.

Грохот наверняка был слышен по всей деревне.

– Твоя мама хочет для тебя только лучшего, – бабушка срывала с розовых кустов увядшие цветы, когда я шла мимо.

– Она хочет для меня того, что сама считает лучшим, – застонала я, таща две лейки.

Каким бы прекрасным ни был наш сад, окружавший старый дом из ветхого песчаника, эта работа представляла сущую пытку. Если я когда-нибудь отсюда перееду, в моей квартире не будет ни одного растения. Я уже перевыполнила жизненный план по уходу за цветами.

– Ты раздражена. Может, тебе стоит ответить хотя бы на одно из сообщений, которые посылает Кассиан. В последнее время ты постоянно злишься.

Ах да, сообщения, которые он отправлял через этого лицемера Квирина! Думала, что хотя бы тролль был на моей стороне. Я жгла письма, не читая.

– Я ответила на одно. И дала ему понять, что не заинтересована ни в нем, ни в защите магов или эльфов. Тема закрыта.

– Для него, очевидно, нет, – резко заметила бабушка.

 – Вчера Квирин принес новое письмо. Я на самом деле жду, когда парень лично придет в наш сад.

– Пусть только посмеет, – прорычала я.

– Я до сих пор не понимаю, почему ты так на него злишься. В конце концов, это он помог тебе сохранить печать Вангуун.

– Очевидно, он давно об этом пожалел, а чтобы подлизаться к Мерлину, хочет заманить меня в Аваллах.

– Или же он действительно убежден, что ты в опасности. Хотя бы поговори с ним еще раз!

– Ни в коем случае.

Я больше не хочу его видеть. – В этот раз я держалась стойко, хотя письма, конечно, меня интриговали.

Кто писал их за него? Это не мог быть его почерк (признаюсь, один или два раза все-таки прочла их перед сожжением). Так аккуратно даже я не писала, а у меня были два здоровых глаза. Он, конечно, не стал бы просить Рэйвен о помощи. Эльфийка слишком предана своей королеве, а Элизьен не одобряла столь тесную связь между нами. Оставались только Джейд и Софи.