Легкое пёрышко. Как свет во тьме

Мне стало интересно, почему она тогда решила прийти сюда.

– Мы могли бы сыграть в монополию, – предложил Фрейзер, и Скай застонала. – Что? – спросил он. – Игра классная.

– Да, для людей, которым важны только деньги, – ответила она.

– Не будь занудой! – поддержала Фрейзера я. Возможно, если мы будем играть, Грейс не станет болтать столько глупостей.

Фрейзер не обращал внимания на наш спор, а вытащил игру из-под кровати и начал готовить поле.

– Тебе нужно купить как можно больше улиц, – шепотом посоветовала мне Грейс, когда я спустя полчаса в очередной раз платила Фрейзеру аренду.

Против него у меня не оставалось шансов.

– Но тогда мне нечем будет ему платить, – проворчала я.

Грейс выудила печенье из банки.

– Тебе нужны не деньги, а дома. Сначала ты должна инвестировать. Главное правило монополии. Лучше возьми ипотеку. Если ты продолжишь играть так же, проиграешь.

Как будто сама этого не знаю. И тем не менее последовала совету Грейс.

– Ты должен заплатить мне десять тысяч фунтов арендной платы, – сказала я Фрейзеру спустя пару раундов.

Совет Грейс оказался хорошим. До сих пор я никогда так далеко не заходила. И все же не собираюсь благодарить ее.

– Это несправедливо, – пожаловался Фрейзер. – Если бы Грейс тебе не помогла, ты бы с треском проиграла!

Я пожала плечами.

– Давать советы не запрещено!

Скай все еще печатала на компьютере. Она упорно отказывалась играть, и я впервые в жизни стала победителем. На самом деле это было довольно просто.

Фрейзер тихо выругался себе под нос, когда проиграл окончательно, и убрал игру в коробку.

– Ладно, я пойду, – сказала Грейс, и никто из нас не стал возражать. Дождь утих, и на улице было довольно темно.

– Пока! – крикнула Скай из-за стола, даже не обернувшись. Фрейзера увлекла картонная коробка из-под монополии, и мне пришлось выполнить неблагодарную задачу – проводить Грейс на первый этаж. Я не хотела быть такой же невежливой, как друзья. Весь вечер она держалась неплохо и не сказала ни одного глупого комментария.

Большую часть времени, что мы проводили вместе, она бредила Финном и говорила, какой он замечательный и умный. Судя по ее рассказам, он уже мог подменить любого профессора в университете. Для меня оставалось загадкой, как у нее так ловко получалось преувеличивать факты, совершенно не краснея. Но ладно. Она принесла нам шоколад, а ради этого я готова вытерпеть многое.

– На самом деле мне ее немного жаль, – заявил Фрейзер, когда я вернулась в комнату.