Танаис

Некоторые особо горделивые срубы – совсем черные от времени, иные – свежие, в живой коре, не позднее года набранные. Но ни замок, ни срубы не видны за кронами хвойных.

Ровная тропа от камня-гиганта до замка, достаточной ширины для разъезда двух всадников, петляет среди деревьев. Петли ее неторопливыми изгибами заставляют гостя вдыхать ароматы мяты, лесных трав, цветов и леса. Свет солнца сквозь ветки, разрывая сумрак леса, лишь едва освещает тропу. На половине пути гость острова неожиданно для себя оказывается на ровной круглой площадке, вырубленной меж деревьев.

Среди травы бьет чистый родник. Мягкая, с кислинкой на вкус, вода бережно собирается в липовые кадки. Место рождения родника огородили и устлали камнями, сделав глубокую запруду. Наполнив запруду до краев, чистая вода ручьем убегает в лес поперек тропы. Солнце как в зеркале отражается в запруде. Блики света ослепляют после сумрака леса. Источник и даже самая тропа считаются священными для людей племени. Называют запруду нежно: ладошка с водой. В дни празднования новой весны по тропе, совершив омовение в запруде, с песнями, знатные, жрецы и вождь ведут жертвы к алтарям Богов. У камней-стражников приносят жертвы Матери-Богине, у Алтаря Мечу – Богу Папаю.

На острове жительствуют только люди. Гордость и кость племени. Нужно добыть право жить на острове. Племя дарует его только за заслуги. На общем сходе наградой дают новый сруб достойным. Не пускают никакую скотину жить среди священных мест. Даже сторожевых собак. Племя золотых рек богато не только намываемым золотом.

Медь тоже в их земле. Железо драгоценное из гор плавят в печах, выбитых в камнях. Но дымные печи для плавки, печи для еды – ниже по течению, в почтительном удалении на противоположном берегу. Черный дым костров ветер уносит прочь от острова. Многочисленная скотина и гордость племени – коренастые, низкорослые, выносливые лошади – пасутся перегонами по долинам да в вечно холодных горах.

И без того щедрая река весной пополнялась дождевой и талой водой.

Поднималась уровнем, но остров оставался лодкой среди вешних вод, переполнявших озеро. Летом река отступала, но не теряла глубины, обнажая лишь круглые валуны-пороги на середине вод. Добраться до замка можно было только вплавь. Вода реки мешала скрытому нападению врагов. Странное дело, на острове не водилось гнуса и змей. Хвойные добавляли речному воздуху свежести. Племя золотых рек считало Каплю-остров священным местом и никогда не оставляло надолго замок.