Танаис

Достает из ножен в полном молчании кинжал. Сжимает в левой руке черную косу. Коротким резким ходом отрезает косу по пояс.

Толпа ахнула. Тем же, кто, по удаленности, не разглядел происходящего на холме, участливо передают шепотом. Запоздало волнами ахает и лес.

Жрица подняла отрезанную косу над головой. Обводит взглядом людей по холму.

– Народ мой любимый! Дар вам. Берегите. Буду с вами. Всегда! Заботиться буду о вас, где бы ни была! Всегда! После смерти обращусь к вам духом. Обещаю вам! Клянусь!

Первыми отзываются в чувствах женщины.

Без стеснения плач полетел вверх к воротам. Пчелиный улей загудел, разворошился, распался на части. Решительность сменилась полным замешательством. Цепь звонкой бронзой пала на тропу.

– Почто нам савроматы! Где они, а где мы! – как перебранкой в ссоре, адресуясь не только к вождю, но и к собранию.

– Нам-то как? – чуть не плача, поверх загрустивших голов голосит густой баритон.

– Ты ж не человек. Ты Богиня! Наша. Мать-Богиня! – крик поднимает какая-то затуманившаяся в растрепанных волнениях женщина, в немалых годах, по голосу судя.

Странные слова, в согласии, дважды вторят хором.

– Не можешь покинуть нас! – шаткими голосами отзываются мужчины. Лес ухает недовольными совами. Верховная жрица кладет к ногам отрезанную косу. Надевает убор положенными в церемониях двумя рывками: от живота до глаз и на голову. Улыбается. Вздыхает. Плавно, не спеша, короткими шагами идет вниз по холму к народу племени.

Вождь с нескрываемой грустью следит за красным убором. Соленая вода, так некстати, сквозь ресницы мешает видеть. Расплывается в красно-золотые круги высокий расшитый убор. Покачивается золотыми стрелами среди растрепанных голов да и исчезает в реке восторженных людей.

Глава 6. Перебежчик

Конец зимы. Империя Чжоу. Великий город Шан

– …Народ мой многое в несправедливости претерпел от чжоусцев. Превращают мужчин в рабов. На полях Шан заставляют работать.

Принуждают женщин наших. Грабят поборами торговцев. Хотя несхожи мы с вами обличьем, но потомки все ж одних кровей. Родня! Пришлые мы, как и вы. Много поколений назад прибыли с севера, откуда и вы сейчас… – Силой налитый одноглазый воин говорил сбивчиво и торопливо. Лицо справа налево пересек давний шрам, от брови до нижней губы. Уродливый след удара клинка развел части лица багровым рубцом. Оставшийся левый глаз белел, как выкатившееся яйцо.