Танаис. Путь домой

 – Инанна, достопочтимая… – говорил неспешно Нети с пламенем. – Верую в тебя, верую в твою храбрость, верую в храбрость степных маков…

Степнячка села рядом с вождём. Пристально вглядывается в лицо Нети. Теперь же вождь заговорил быстро:

– Биться будете в лесу. Одна не управишься в зарослях. Мер нужен для слаженности. Смещать тебя не собираюсь. – Нети дружелюбно протянул правую руку тысячному. Степнячка вложила в неё клевец. Нети поднял брови: – Руку дай. Оружие убери.

Инанна убрала железный клевец. Сжала правой рукой руку вождя.

Сжала крепко. Вождь северных оценил коротким кивком хватку старшего командира. Закрыл глаза. Не разжимая правой руки, левой снял с шеи странного вида амулет. Большой, с кулак, кусок волчьей шкуры на затейливо плетённом шнурке из полосок кожи оленя.

– Мой тысячный, знаешь, что это? – Нети любовался острыми языками пламени костра. Амулет протянул Инанне.

– Нет, мой вождь, не знаю, – быстро виноватым тоном проговорила степнячка. Нети громко вздохнул.

– Кусок шубы Верховного, вот что это… – сказал вождь северных шёпотом, но шёпот услышан – от молчаливых теней вокруг костра раздалось удивлённое «О-о-о!» – несколько сотен женских голосов заставили дрогнуть костёр.

– Сколько уже дней прошло, как мы… – Нети тщательно подбирал слова, но задумался и умолк.

– …закончили войну с Чжоу? – тихо уточнила Инанна. Вождь северных кивнул костру. – Пять, мой вождь.

Мер стоял, переминаясь с ноги на ногу. Сотенный крайне неуютно чувствовал себя во враждебном окружении степных маков.

– Думу такую держу, тысячный… – Нети помолчал. – Невероятно повезло мне – встретился при жизни с Божеством. Увидел наяву предсказание гадателей. Прежде, сколько ни слушал, не сбывались их пророчества. Как кто сляжет – они, гадатели, тут как тут. И не с сочувствием, а с правдивыми видениями да советами истинными. В детстве частенько видел, как топили в реке предсказателей. И их семьи. Ложь, да и только – слова людей о промысле Богов. Понимаешь? Пять дней сам не свой.

Пусто тут… – Левая рука с амулетом прошлась по лбу, потом и по тому месту, где сердце. – Иду по чужой дороге и ничего не вижу. Неужели жизнь закончилась? Домой вернёмся. А дальше-то что? Быльё? Сон, еда, скука… – Вздох молчаливых теней едва не загасил костёр. – Как увидел Её впервые, сразу понял, кто она. Взгляд Её не забуду. Ледяной, до мурашек по коже… – Нети замолчал. Подул долго на костёр. Как на горячую еду. – Сыновья Таргетая всё ерепенились, пыжились.