Воин. Правитель. Чужак

Он всё время оставался не у дел, и лес всеми силами убеждал его, что он не в себе. Разум плыл, а страхи и демоны из глубин подсознания спокойно себе разгуливали на свободе.

В этот раз он разглядывал горизонт, смотря на него, словно заворожённый. Солнце кинуло под землю краешек кончика, и круг, образованный серой стаей, стал медленно наползать на огненного гиганта. Огромная тень вскоре разделила лес на две половины. Тень, отбрасываемая плотным оцепеневшим кругом… а когда круг налез на дальний край солнца, серая масса вдруг обратилась в безжизненно чёрную.

Затмение.

Лишь тоненький обруч, собранный из жёлтых слепящих лучей, пробивался сквозь черноту.

«Здесь никогда не появлялась луна, – подумал Пришлый, – и, похоже, я понял, кто её заменяет». Он опустил взгляд на тушу чудовища. С того пропала часть головы.

– Нет! Нет-нет-нет! Не может быть! – упав на колени, чужак принялся вылавливать испаряющиеся останки. Но как только те попадали ему на ладонь, они утекали вверх, минуя пальцы и ускользая, как мягкий песок.

Так он прополз до пояса чудища, а тем временем огромная тень начала отступать от восточного края леса. В стае вновь появились просветы, через которые на спину Пришлого посыпались помолодевшие солнечные лучи. Он ощутил тепло, такое непривычное и чертовски приятное, что на миг захотел упасть на спину и распластаться. Но в желудке вдруг заурчало и ему пришлось забыть о приятном.

Совсем скоро птицы обрели голоса, а когда каждая птаха направилась вниз, поток непрерывного гвалта обрушился на опушку беспощадной лавиной.

К несчастью, Пришлый снова не слышал себя. Выглядывая доброго Духа, он кричал и сыпал просьбами успокоить их. Перепонки в его ушах отплясывали канкан, выдавливая по несколько капель крови, отчего он смял уши так сильно, что они со временем свернулись в трубочки.

Чужак больше не мог терпеть шум. Обронив себя на размётанный валежник, он стал набрасывать на голову ветки, шишки, листья и всё то, что согревало его часом ранее.

Мысленно он насчитал в небе сотню птиц. Они продолжали галдеть, трещать клювами и биться крыльями. Панихида не собиралась заканчиваться. Покуда останки одного из хозяев не сойдут с травы, они настаивали на том, чтобы довести процессию до конца.

Чужак с надеждой выкинул руку, в последний раз, и ему внезапно улыбнулась удача. Схватившись за громадные ступни чудовища, он подтянул их к груди, зарыл под флисовой курткой и попытался рассовать по карманам.