Чучело рыжего кота

Как они называются?

И девушка вновь принялась радостно прыгать и плясать вокруг Зигмунда, с трудом удерживая в руках гору грязного белья. А тот стоял с сумкой в одной руке и цветами в другой, озадаченный странным поведением девушки, прикидывая, как бы закончить эти затянувшиеся танцы. Вдруг с жутким скрипом открылась дверь, напротив которой они стояли, и оттуда вышла какая-то полная женщина с красным, изуродованным оспой лицом.

– Это вы здесь шумите? – строго, почти свирепо спросила она, глядя на Зигмунда.

– Простите, если мы помешали.

Женщина, закрывавшая своим могучим телом весь дверной проём, даже и не взглянула на девушку. Она подошла ближе и, ткнув пальцем в грудь Зигмунда, сказала:

– Вы здесь не живёте, – женщина не спрашивала, а скорее утверждала.

– Да, я совершенно случайно попал в ваш дом. Видите ли, в чём дело… – начал объяснять Зигмунд, но был грубо прерван.

– Дело в том, – загремела женщина, – что мой муж болен и уснул всего лишь полчаса назад. Я, воспользовавшись тем, что он спит и не нуждается в моём присмотре, хотела приготовить ужин.

А вы своим шумом и своими песнями его сейчас разбудите. Понимаете вы это?!

Женщина говорила всё громче и громче и последнюю фразу яростно выкрикнула, прямо в лицо Зигмунду, так что капельки её слюны попали ему в глаза. Из-за открытой двери послышался шум падающей посуды, скрип старой, не смазанной кровати и чей-то хриплый голос.

– Дарья! Кто там пришел? Это с почты?

– Нет, не с почты! – громко крикнула женщина в открытую дверь.

– Дарья! Это с почты пришли? – снова спросил тот же голос.

– Нет! Это не с почты! – ещё громче крикнула она и, повернувшись к Зигмунду, заговорила с какой-то обидой в голосе. – Вот видите, вы всё-таки его разбудили. И теперь я должна буду целый день сидеть рядом с ним, пока он опять не заснёт. А знаете, с каким трудом он засыпает? Он почти совсем не спит! И пока он не спит, я должна сидеть рядом с его кроватью, ни на секунду не покидая его. Ах, как я была рада тому, что сегодня он заснул и я впервые за несколько недель смогу сама приготовить нам ужин.

Но теперь, видно, опять придётся сидеть у его кровати и слушать, как он кашляет и сплёвывает мокроту в банку. И мы опять останемся без ужина. Вот что вы натворили своим шумом.

Теперь женщина почти плакала. Зигмунд стоял, не зная, что сказать. Он опустил букет цветами вниз, чтобы случайно не помять его. Заговорила молодая девушка.

– Не расстраивайтесь, Дарья.