Последний шанс для эльфа

Деревенский дом встретил хозяйку стылым сырым воздухом. Катерина решила растопить печку и остаться здесь на ночь. Она стерла пыль со стола, вспоминая, как Елисей готовил для нее и пил чай из кружки, которая так и осталась стоять на столе.

Огонь в печке весело потрескивал, разгоняя сырость и плохие мысли. Катерина сложила в привезенную коробку все оставшиеся вещи эльфа, налила чай в его кружку и поднесла ко рту. Теплый фарфор, как эхо прикосновения, оставшееся от его губ. И отчаянная надежда. Не спеша допив чай, Катерина решила написать записку и оставить ее в доме, на случай, если Елисей вдруг вернется сюда до того, как у нее закончится контракт с Константином.

В поисках бумаги девушка пошла по дому, заглядывая в шкафы и ящики. Ничего лучше старой стопки тетрадей, погрызенных с одного угла мышами, она не нашла. Но раз она теперь наполовину эльф, то не стоит опасаться какой-то заразы. С этими мыслями Катерина выдернула пару тетрадок из середины стопки и принялась листать в поисках чистых листов.

Внезапно девушка наткнулась на записи на незнакомом языке с витиеватыми буквами. Как переводчик, она знала много языков, но этот не поддавался идентификации. Катерина полистала остальные тетради. Во многих из них после сочинения на тему о будущей профессии шли записи, выполненные одной и той же рукой. Как будто не было свободного места, и кто-то неизвестный использовал тетради учеников для записей на неизвестном языке.

За изучением тетрадей девушка не заметила, как наступила ночь. Она прилегла на неразобранный диван, завернувшись в уютное старое одеяло, и предалась воспоминаниям.

***

Холодные свинцовые волны разбивались о бетонные плиты в старом порту. Ветер швырял в лицо горькую соленую морось и трепал распущенные волосы. Катерина поежилась, кутаясь в тонкую кофту, но не отступила от края и продолжила всматриваться в неспокойную морскую даль. Прямо под ногами вспенивалась и бурлила морская чернота, то накатываясь на выщербленные плиты, то отступая, снова и снова пробуя пирс на прочность.

Присутствие Катерина ощутила внезапно. Кто-то мягко подошел сзади, закрыв ее спину от порывов холодного ветра. Стало тепло и как-то уютно. Она больше не была одна. Замерла, мучительно ожидая прикосновений, но их так и не последовало. Лишь горячее дыхание, опалившее шею, разогнавшее по коже сладостную дрожь.