Черные перья. Работа для гробовщика (сборник)

На улице снова поднялся сильный ветер, налетавший на стены дома внезапными и коварными порывами. Он не обладал ураганной мощью, как той знаменательной ночью, но это был тот же ветер, раздражительный и злой, уподоблявшийся враждебному живому существу, стремившемуся вломиться внутрь.

Фрэнсис опустилась на колени перед камином, вслушиваясь в вой ветра, мешавший ей сосредоточиться на своих мыслях.

– Шепот, – неожиданно произнесла Филлида, – проклятый шепот повсюду. Он действует мне на нервы. Я становлюсь похожей на Роберта, воображая то, чего нет в действительности.

Фрэнсис, тебе когда-нибудь хотелось умереть? Я имею в виду серьезно, а не пустые слова, какими мы часто разбрасываемся. Тебе доводилось хотя бы однажды сидеть и желать смерти? Думать, хватит ли у тебя смелости убить себя?

– Да, – без колебаний ответила Фрэнсис, хотя все ее инстинкты взывали сейчас к осторожности в выражениях. – Да, меня посещало такое желание, но ненадолго. Проходит день, за ним минует ночь, затем другая.

И от желания смерти не остается и воспоминания. В этом заключено милосердное спасение для каждого из нас. Стремление умереть не может быть продолжительным.

– А меня оно не покидает. – Филлида сама перешла на шепот, и, вероятно, впервые в жизни эта ее причуда не была призвана произвести театральный эффект. – Ты ведь помнишь Долли?

Фрэнсис смотрела на нее с разочарованием. Если бы Филлида подобным образом решила оплакать смерть Роберта, ее слова можно было выносить спокойно, но осознание, что она охвачена романтическим возбуждением, вызывало отвращение и неловкость.

– Да, конечно, – сухо произнесла Фрэнсис.

– Я помню о нем все. – Ее голос звучал хрипло, и она понизила его настолько, что он стал едва разборчивым. – Он обладал такой силой, Фрэнсис, невероятной силой! И завтра он уже будет здесь. После похорон отзвонят колокола, донесется шепот и шаги из коридора, а он будет тут.

Фрэнсис с трудом поднялась.

– Ложись в постель. Прими аспирин и постарайся поспать.

Ты доведешь себя до безумия, дорогая. Ты и так уже истощена.

Но Филлида не слушала. Ее лицо выглядело отталкивающим при ярком электрическом свете.

– Мне страшно! – внезапно выпалила она. – Я ничего не могу понять, Фрэнсис. Как ты считаешь, Дэвид мог продолжать любить меня на протяжении всех этих лет?

– Дэвид?

– Да. Он же был влюблен в меня когда-то. А я обошлась с ним пренебрежительно. Но некоторым мужчинам даже нравится, если ими пренебрегают.