Золотоискатель. Истоки

Змей в прибрежных лесах и впрямь оказались целые сонмища, а леса кишели разнообразным зверьем… Стреляли мы в основном для еды – жареный на вороте кабан или косуля оказались знатной пищей и подспорьем к походному пайку! Однажды я заметил больного леопарда, который жадно пил из реки; при нашем появлении он медленно уполз под покров леса; очень бледная пятнистая его шкура скорее напоминала дождевую поганку, чем грозного зверя… Мы жаждали увидеть тигров, но, сколько ни вглядывались в девственную маньчжурскую тайгу, ни одного полосатого красавца так и не увидели.

Как обидно! Зато многочисленные медведи, ошивающиеся вдоль воды, шумно ломились в чащу, едва завидев авангардную лодку. Я не убивал мишек, мне их было отчего-то жаль… Они казались мне неповоротливыми толстяками, слишком легкой мишенью. Да и куда потом девать столько жесткого мяса?

…Неспешно объезжая сопку, я вдруг наткнулся на раненного медведя. Подранок бежал быстро, но мой конь догнал его, и я увидел, что в меховом боку зверя торчит несколько чужих стрел.

Жизнь вытекала из него тонкими алыми полосками, однако медведь по виду был матерый, его так просто не убьешь…

Вдали послышался охотничий рог, а еще через мгновение в голую лощину выскочили собаки. Исходя злобным лаем, они взяли жертву в полукруг, хотя близко не подходили, боялись; хвосты их были поджаты, уши пришпилены, морды непримиримо щерились, и они постоянно оглядывались на меня: «Ну что же ты, человек?! Давай! Ату его, мерзавца!!!» Я неторопливо поднял копье, примериваясь метнуть его в мощную шею подранка, и тут мой взгляд столкнулся со взглядом зверя…

Медведь не понимал, за что его хотят убить.

Только что он мирно пасся на сонном муравейнике, никого не трогал, и вдруг шум, лай, боль… За что?!… Я отвел глаза. Убивать животное было не за что – я сыт, здоров, одет, и нет причины для кровной вражды. Что есть охотничий азарт? Не больше, чем тщеславие.

Копье дрогнуло в моей руке, и я опустил его, пробормотав: «Уходи, бурый! Сегодня Небо благоволит к тебе…» Медведь склонил тяжелую голову в знак благодарности: «Я твой должник!» И медленно ушел под покров леса.

Собак я с трудом отогнал, избивая древком, а они визжали, как свиньи, у которых из под носа утащили корыто. В лес за медведем они сунуться не решились, и остались на опушке.

Вскоре на поляну выехало несколько нетерпеливых всадников. На седельных сумках у них была вышита сова. Один из них, незнакомый рыцарь в черном плаще, спросил, куда ушел подранок.