Золотоискатель. Истоки

Я указал на какую-то дальнюю рощу; рог вновь вострубил, и собаки нехотя повиновались, следуя за хозяевами…

…Орочены, завидев нас, бежали словно медведи, и только самые отважные подплывали к судам на легких лодочках с дарами – рыбой, табаком, разной дичью, или просто из любопытства. Гости всегда были настроены дружелюбно, с удивлением и благоговением прислушиваясь к музыке, доносившейся с парохода. В одной из деревень старый гольд почти за бесценок продал мне роскошное ожерелье из медвежьих зубов и когтей; судя по размерам «бус», хозяин был матерым медведюгой, но и он не устоял перед всесильным человеком… Я спросил, как же мелкие туземцы исхитрились завалить такое чудовище? Знаками гольд объяснил, что медведя выкурили зимой из берлоги, после чего навалились и убили.

Такая охота показалась мне подлой и несправедливой, заставив еще раз разочароваться в людях.

В конце мая речной караван подошел к устью Зеи, где на туманном правом берегу нашему взору предстали китайские поселения в виде массы домиков-фанз.

Нас уже ждали, и толпа народу спустилась на берег смотреть на русских, которые так же с интересом пялились на чужестранцев, хотя и старались хранить высокомерное достоинство.

На отмели перед городом Айгунь теснилось несколько десятков деревянных военных кораблей, при полном параде. На них стояли вооруженные солдаты, которые с опаской и любопытством разглядывали грозных соседей с севера. Наверное, каждый из них молился, чтобы мы проехали мимо, не причинив им вреда… Но мы вовсе не собирались сеять вражду, а пересели в малые лодки, на которых причалили к берегам незнакомой страны.

Китайцы дали нам своих лошадей, однако свободно передвигаться по городу мы не смогли. Узкоглазые чиновники, окружив нас плотным эскортом, сопроводили штаб прямо к маньчжурскому генералу, в главную крепость города. Всю дорогу нас преследовала разноцветная толпа женщин, гомоня, словно стая голодных птиц. Они пытались всучить нам битых кур и табак, но свирепая полиция усердно разгоняла их длинными плетьми, не подпуская к парламентерам.

В резиденции мы передали Амбаню письмо для китайского Императора с просьбой не препятствовать проходу русского сплава, и во имя дружественных традиционных связей двух держав оказывать нам всяческое содействие и помощь. На этом политическая часть спектакля благополучно завершилась, и мы, вновь окруженные охраной, вернулись в порт, чтобы отправиться дальше.