Сюрпризы Лебяжьего озера

На земле и поперек Скорогадайки словно границу провели: с нашей стороны все, как раньше было, – травка пожухлая, деревца, еще не до конца листву сбросившие, река, как всегда, течет себе спокойненько. А буквально в полсотни шагах от нас – зима! Четко так граница выделяется – здесь травка желтенькая, дальше – все покрыто перламутровым сиянием: трава, деревья, река, словно на ней лед встал, только опять же перламутрового цвета. Никогда я такой красотищи не видел… и такой жути не испытывал…

Евдокимыч приложился к стакану и на этот раз пил долго, маленькими глоточками, словно смакуя и в то же время, кажется, засыпая.

– Так что с остальными-то? – тронул его за плечо Лёва, отчего Евдокимыч дернулся и продолжил как ни в чем не бывало:

– Красотищей этой долго можно было любоваться. Но мы-то здесь, а дома наши – за границей перламутровой, без присмотра. Ношпа туда и пошел, как я понял, чтобы проверить, вдруг ограбили. Мы-то с Ниночкой у машины остались и прекрасно все видели.

Как только Ношпа границу пересек, перламутр, тудыть его растудыть, исчезать начал. Так же как надвигался волнами, так и исчезал, словно снег таял.

И что самое главное – трава, кусты, деревья словно от инея освобождались, а столбы телеграфные, постройки разные, то есть все, к чему человек руку приложил, таяли и никаких следов после себя не оставляли. Волна идет, а они тают. Наш с Ниночкой дом тоже под этой отливной волной растаял. У Петра Васильича дом подальше моего стоял.

Но я, как сейчас, вижу: ступил он на крыльцо, а дом взял да и словно поплыл, растворяясь. И вот уже Ношпа стоит на том месте, где только что крыльцо было, а крыльца-то и нет, словно не было. И всего дома нет. Такая вот, господа мастера, сказочка, или по-научному – гипотеза.

– И что дальше было? – спросил Павел.

– Дальше? Я вам про вспышку рассказал, а про то, что дальше, давайте-ка завтра, а то язык у меня заплетается… Да и вам на ужин пора.

– Постой, Евдокимыч, – перегнувшись через стол, удержал его за плечо Лёва.

 – Я одного не понял, каким образом вы с Петром Васильевичем браконьерам напакостить собирались?

– А вот это… – дернул тот плечом и поднялся из-за стола, натягивая бейсболку на лысую голову. – Это не твоего журналючьего носа дело!

Глава 5

Трактир «Бодрые поползновения»

Несмотря на то что в течение всего рассказа Павел не сколько пил, столько пригублял, он чувствовал себя неслабо поддавшим.