Отверженный. Часть 1

Война забирает все, что тебе дорого и никогда не вернёт украденное. Пока об этом думал Дима, на поверхности всё стихло.

В метро спустились военные, не наши. Они говорили по-английски: «Go! Go!». Люди стали выходить из убежища, а когда вышли, то увидели один лишь пепел и разруху. Военные повели людей на ближайшую площадь, там стояли огромные мониторы. Людям включили трансляцию с последней речью президента. «Но не всегда будет мрак там, где он огустел», – только это запомнил Дима. Затем президента расстреляли, так как он открыл огонь по военным.

После этого была объявлена капитуляция и прекращение войны.

– Война закончилась? Всё? Мы проиграли? – начали спрашивать люди.

– Кто мы? Воевал весь мир, – сказал мужик и спокойно закурил, – здесь нет победителей и проигравших. Громов был последним из этой шайки, точнее президентом старого мира. Мы сейчас будем жить в новом мире.

После информирования населения, военные повели людей в лагерь. Колонна, в которой был Дима, шла мимо квартала, где был его дом, но вместо жилища осталась лишь груда камней и арматуры.

Сердце мальчишки словно остановилось. Он побежал в сторону своего дома, военные что-то кричали ему вслед:

– Stop! Get in line! Stop the boy!

Дима не слышал крики военных и не желал их слушаться. Он добежал до груды камней, которые, когда-то были домом и начал раскидывать их в поисках ответов.

– Они живы! – убеждал себя Дима. – Живы! Живы!

Военные прибежали к мальчишке, но поняли, что он делает и не стали трогать его.

Дали ему время. Другой военный подошёл к ним и один из них сказал ему:

– Five minutes, – мол, пять минуточек, и заберём мальчишку.

Дима в это время всё рыл и рыл. Его руки были исцарапаны об осколки и бетонную крошку, но останавливаться он не собирался. Он вытащил арматуру и бросил в сторону, в этот момент часть плиты сошла с груды камней, под ней были ещё обломки и там виднелись маленькие пальчики в пыли. Дима медленно подошёл и убирал крошки от бетона, а там была рука ребёнка, и она уходила вглубь обломков.

Но что было на руке – заставило Диму рыдать. Это были детские часики, точно такие же, как у его младшего брата Матвея. Дима не остановился на этом и дальше начал зачищать место. Ему было больно, он задыхался от пыли и слёз, но он рыл дальше. Он увидел ещё одну руку, которая обнимала тело мальчика. Это был отец, это его рука и его рубашка. Он в последний момент обнял сына и перед тем, как…, как погибнуть.