Мелодия Бесконечности. Книга первая: «Первый аккорд». Том первый

И ты, как никто другой, заслуживаешь этого, – мягко улыбнулась блондинка.

Мужчины прошли в кабинет доктора, обставленный строго и лаконично, где большую часть пространства занимали огромные стеллажи с медицинской литературой и справочниками.

– Итак, заботливый брат устроит мне сейчас допрос с пристрастием? – дерзким тоном поинтересовался Джон, расслабленно облокотившись о книжный шкаф и скрестив руки на груди. – Весьма и весьма похвально. У меня ведь тоже сестра есть – я бы точно так же поступил, появись у неё подозрительный кавалер.

– Буду откровенен, – начал доктор. – Если решил поиграть в героя и заморочить моей сестре голову, то этот номер не пройдёт, парень. Она ещё не оправилась от потери – своими глазами видела смерть. Не пожелаю никому пережить подобное, такое не забывается.

– Да-да, я же страшный и ужасный тип, – ухмыльнувшись, саркастически заметил тот, – не плачу налоги, имею многочисленный гарем и несколько судимостей, я алкоголик и наркоман, а ещё у меня прабабка ведьма, и отец невидимка.

И не мне рассказывайте о её потере, я видел Маргариту в тот день.

– А вот хамить не надо, молодой человек, – сдержанно ответил мужчина, смерив собеседника пристальным взглядом.

– Тебя ещё и в проекте не было, когда я был молодым, мистер, – в мгновение от улыбки на загорелом лице собеседника не осталось и следа. – За все свои поступки я привык отвечать только перед своей совестью. И не надо лезть мне в душу. Если Маргарита захочет знать обо мне, я расскажу всё.

Я же не задаю неуместных вопросов, например, о твоём лице – это ты так печёшься о чести сестры или отваживаешь лишних воздыхателей от Даниэллы?

Джек схватил нахала за воротник рубашки:

– Заруби себе на носу, кретин: никто, слышишь, никто не имеет права шутить о моём лице! Усёк? Иначе я за себя не отвечаю. Ясно?

– Псих! Пусти меня. У тебя что, совсем нет чувства юмора? – прохрипел Джон, понимая, что шутка зашла слишком далеко.

– Ты у меня сейчас зубами плеваться будешь, остряк, – прошипел мужчина.

– Смотри, док, сам нарываешься! – огрызнулся Красный.

Сила, которой он наделён, связана была с его эмоциями, а ему, подверженному переживаниям, трудно порой совладать с собственными чувствами.

Доктор начал медленно оседать под смертельным взглядом Джона, опустившись на стул и всё ещё тяжело дыша:

– Чёрт возьми, да кто ты такой? Или ЧТО ты такое? – еле выговорил он, с трудом переводя дыхание.