Вокруг пальца

Посмотрим, что тебе ответят, – со злой усмешкой, не позволяющей сомневаться в ответе, процедил Джек.

– Я…

– Тебе лучше начать сотрудничать, Корай. Иначе будет поздно. И принести мне реальные цифры.

Директор по производству вспыхнул и ринулся прочь из нашего кабинета. Но дверью не хлопнул, закрыл аккуратно, придержав ручку. Воспитание? Или понял, что пора признавать чужую власть? А мне куда теперь – под стол? Очень хотелось…

Джек швырнул на пол оставленный отчёт страниц на тридцать и, стоя, отхлебнув кофе, буркнул:

– Пойдём, Сандра, на склад.

Сами посмотрим на это наглое ворьё.

– Да, шеф, – сказала я, тихо радуясь, что, распекая директора по производству, Джек растерял всю маслянистость в глазах. Лучше пусть орёт, чем пристаёт.

И мы пошли с ним на склады через всю территорию – грозный Зевс и я в своём коралловом платье, с развевающимися по ветру кудряшками, едва ли выше его плеча. Господи, да ему при желании даже силу применять не надо… только пальцем придавить.

Страшно. И почему люди бывают такого размера?! Разве есть в этом вселенская справедливость?

Сердце моё замирало, а перед нами простирались склады – серые, бесконечные, не особо людные… Вдалеке у второй проходной скопились синие грузовики с логотипом Оле-Ола, подальше – погрузчики, и совсем на горизонте – фуры и собаки…

Каблуки сотрутся точно, вместе с ногами! Но это полбеды, надо выправлять в его голове образ «Барби лёгкого поведения», и я сказала с максимальной серьёзностью:

– Могу я задать вопрос о положении со складами?

– Задавай.

– Как воровство на складе отражается на продажах Оле-Олы? Это, конечно, вопиюще, и я хотела бы понять глубже. Извините, если мой вопрос не относится к моей компетенции.

Джек посмотрел на меня, как на нормального человека, а не на носительницу платья и каблуков, и ответил:

– Всё, что происходит на предприятии, закладывается в бюджет.

Каждая украденная копейка в итоге отражается на цене бутылки на полке, которую видит конечный потребитель. А, учитывая, что концентрат напитка и так покупается за доллары, курс которых вырос в результате кризиса, цена стала запредельной. Мы не можем повлиять на курс валют, но, как я вижу, здесь много дыр, куда уходят деньги, и которые надо залатывать.

Я вспомнила о Кирилле и о его разговоре про умасливание чиновников.