Рыжая и кактус возмездия

Участок городской стражи располагался в трех улицах или семи минутах позорной прогулки под конвоем. Допросная не баловала ни взгляд, ни пятую точку. Видимо, цинично решила, что если людям будет здесь удобно, то они, чего доброго, захотят остаться, почувствуют себя как дома, начнут двигать мебель и просить чай с печеньем.

Я с опаской ерзала на хлипком казенном стуле, чья сидушка могла с легкостью посрамить даже твердость алмаза, и старательно отвечала на вопросы.

– Имя, фамилия, адрес регистрации и проживания, – поинтересовался сержант и аккуратно внес мои данные:

«Фелисити Локвуд.

Девятнадцать годочков от роду. Проживает по адресу: Золоград, Большой магический тупик, дом 13».

– Замужем?

– Нет. И не пыталась, – как на духу выпалила я.

– Где вы находились сегодня с восьми до десяти утра?

– В книжном магазине на улице Великих домов. Заменяла дедушку, которому пришлось отлучиться по делам.

– Кто-то может подтвердить?

– Книги.

Сержант с мученическим вздохом отложил многострадальную ручку с изгрызенным колпачком и поднял на меня неприветливый взгляд.

В серых глубинах мелькнула и погасла оценка моего коэффициента умственного развития. И это было число в одну цифру.

– Книги не считаются надежными свидетелями, – наконец, изрек стражник.

Я была в корне не согласна с данным утверждением.

Если уж на то пошло, то многие мои знакомые менее надежны и не столь реальны, чем книги из дедушкиного магазина.

Угроза ареста отошла на второй план, я приосанилась и набрала больше воздуха в грудь, чтобы поспорить с представителем закона, но дебаты не состоялись по причине появления еще одного стража порядка.

– Держи, сержант, – сказал тот, появляясь в узком проходе между столами и с гаденькой улыбочкой протягивая замусоленный лист. – В твою коллекцию нераскрытого.

Если бы человек был способен прокиснуть на работе, то этот процесс определенно сопровождался бы вот таким выражением муки на лице, какое только что продемонстрировал сержант.

– Спасибо, капрал, – сухо поблагодарил страж с интонацией «да почему опять я?!», встал и начал крепить прямоугольник с ориентировкой прямо к толстому слою штукатурки на стене.

Забегая немного вперед, скажу, что в тот момент на личное кладбище нераскрытого, состоящее из пяти ориентировок, подъехала шестая. И со всех скромно улыбался карандашный набросок нашего Взломщика.

– Я не виновата, – выпалила, едва сержант вернулся на место и взял ручку.