Охота на обаятельного дознавателя

Вместо червяков в миске появился мелко рубленный фарш…

Я стойко выдержала нападки маленькой Лилу, весь вечер порывающейся добраться до меня, несмотря на слова отца. Девчонка настойчиво пыталась выманить меня из-под шкафа, а я в ответ лишь огрызалась и сердито крякала, забиваясь еще глубже. Больше всего мне хотелось, чтобы это семейство наконец разошлось по своим комнатам, и не мешалась у меня под ногами, когда я буду искать выход из западни, в которой оказалась из-за махинаций королевского дознавателя.

Около девяти вечера Лилу начала зевать.

– Иди-ка ты спать, дорогая, – проворчал Честер, наблюдая за тем, как она устало пристраивается на краю дивана.

– Ты мне почитаешь?

– Почитаю. Давай, уноси свои игрушки и чисти зубы. Я сейчас приду.

Девчонка, зевая и сонно хмурясь, сложила карандаши, сунула куклу подмышку и поплелась прочь из гостиной. Вскоре следом за ней ушел и отец. Однако выскакивать и сломя голову метаться по дому я не торопилась.

Эйла Варна пришла в гостиную и начала неспешно натирать полы, попутно поправляла покрывала на креслах, шторы, протирала пыль на каминной полке.

Решив, что гостиную можно осмотреть потом, в более спокойной обстановке, я незаметно прошмыгнула у нее за спиной и первым делом направилась вниз по лестнице, в подвал.

Там тоже было чисто и уютно. Пара кладовых, запертых на тяжелые замки, зал для тренировок, лаборатория. Кто-то из семьи Кьярри всерьез увлекался зельями: на полках хранились многочисленные книги, в шкафах за стеклянными дверцами реактивы, колбы и баночки с порошками, в одном из углов висели сухие пучки трав.

Так же внизу обнаружилось несколько маленьких пустующих помещений, склад всякого барахла и винный погреб.

Я облазила каждый закуток, каждую комнату, в попытке вырваться на волю, но увы и ах. Все окна были намертво запечатаны магическими плетениями от воров, и проклятый ошейник не давал через них пройти. Я даже попробовала пролезть в черный лаз, которым пользовались кошки, но стоило мне только просунуть туда голову, как невидимые путы натягивались и затаскивали обратно в дом.

Ох, уж этот Честер Кьярри. Ох уж эти его дознавательские замашки. По всем фронтам обложил, негодяй.

Оставив в покое подвал, я поднялась на второй этаж, снова проскочив мимо неторопливой домработницы, пока она тихо напевала себе под нос, любовно развешивая вещи хозяина в прихожей.

На втором этаже пришлось быть осторожнее: Честер все еще не спал.