Красный подвал

Внезапно распахнулась дверь, в тамбур из соседнего вагона прошел тот парень Юра вместе со своими друзьями, но, совсем не обращая, на нее внимания, лишь его друзья ей не значительно улыбнулись, вслед за ними шли еще какие-то совсем не знакомые люди. Один за другим они проходили из вагона в вагон, и поток их казался бесконечным. В проеме двери появился и Егор, он что-то шептал.

– Вера, Вера, ты устала. – Слетало не связанно с его губ.

– Ложись, ложись, ты сам устал с дороги. – Сквозь сон ей как будто слышался голос деда, она открыла глаза.

Дед держал Егора под руку и пытался уложить на кровать, стоявшую в той же комнате.

– Нет, дед, я хочу там! – не вырываясь и не сопротивляясь, говорил Егор, указывая на Верину кровать.

Вера встала и помогла деду. Вместе они усадили его на диван, почувствовав расслабленность, Егор сам закинул ноги и опустил голову на подушку.

– Дед, ты зачем его так напоил?

Петр Константинович поднял руку, и хотел было что-то сказать.

– А-а-а! – протянул он, – Молодежь! – с быстрым броском руки вниз сказал он, и двинулся в сторону кухни, шаркая ногами по полу.

Вера смотрела на спящего Егора, тот обхватил обеими руками подушку и засопел.

В окно третьего этажа впадали лучи солнца, девять часов утра, осень, солнце светило ярко, не оставляя намека на то, что совсем недавно шел дождь. Вода в лужах высыхала и испарялась, непонятным был сентябрь, то пытаешься не показывать носа на улицу, так как безостановочно льет дождь.

Потом он внезапно останавливается и начинает ярко светить солнце, то самое, еще летнее солнце.

Петр Константинович убрал пустую бутылку со стола и присел на табурет. Следом в кухню вошла и Вера.

– Дедуль, ты на меня сердишься? – положила она свои руки ему на плечи.

– Вера, ты хорошо знаешь этого парня?

В ответ Вера сделала тяжелый выдох.

– Я знаю что часть из того что он говорит правда. Все остальное, дедуль, я не знаю. Он в поезде за меня заступился, за что и пострадал.

Я может быть, впервые в жизни себя почувствовала виноватой. Два дня, дедуль, пожалуйста, дай два дня на поиски работы. Потом он за все будет платить, а если не найдет, уедет.

Дед взглянул на нее снизу вверх и, улыбнувшись, проговорил:

– Как же ты выросла.

– Дед, я домой поеду, приеду завтра с утра.

– Матери привет! – окинул вслед Петр Константинович.

Сентябрьский день был похож на летний, прохожие щурили глаза от ярко светившего солнца.