Кармический бумеранг

Оглянувшись, он увидел спешащего к нему через дорогу Петьку. Отказавшись от машины, Данила с удовольствием пожал руку разительно изменившемуся Найдёнову. Ухоженный вид бывшего детдомовца сказал ему, что Пётр хорошо питается, хорошо спит и, вообще, живёт без проблем.

Пока Петька рассказывал ему о своей жизни, Данила чувствовал, как лоб покрывается испариной. Он отчётливо увидел, что в его товарища вселилась тёмная сущность. Скрывая тревогу и пристально вглядываясь в сияющее радостью лицо Петра, Данила уверился, что тот сам сможет справиться с сущностью.

Он искренне надеялся на то лучшее, что появилось в Найдёнове за годы их совместной жизни в детском доме.

Однако несколькими часами позже, уже в другом городе, подходя к училищу, Дан ощутил, как в глубине его души, больно царапая по сердцу, появились предательские сомнения.

Прощай, училище

На третьем курсе курсанты говорили только о полётах. При этом довольно часто и с большим уважением произносили имя летчика – инструктора Ивана Сергеевича Фомина.

Бывший военный лётчик первого класса, уволенный из рядов разваливающейся армии в самом начале девяностых в чине

майора, был не только отличным лётчиком, но и талантливым педагогом.

… Если бы несведущий человек случайно попал на аэродром, где проходила подготовка курсантов к полётам, и увидел как курсанты во главе с инструктором, подобно играющим детям, вытянув в стороны руки, «летают» по аэродрому, то подумал бы, что попал в сумасшедший дом.

В июне, после лётного обучения, начались и сами полёты.

В эти дни все курсанты находились на аэродроме, «болея» друг за друга.

Когда в воздух поднялся Рогов, они так же, желая ему удачи, держали сжатыми кулаки. В этот раз инструктор, решив усложнить задачу, в полёте заглушил мотор. Почувствовав, что самолёт падает, Вадим запаниковал. Голос инструктора, повторяющего ему в который раз: «Самолёт падает! Курсант Рогов, принимайте решение. Ваши действия, курсант!», он не слышал. В это время он вновь вернулся в детство, и переживал самые страшные минуты того дня, когда он, шестилетний мальчишка, обуреваемый чувством страха и невозможности что- либо изменить, с криком: « Мама!» падал с высоты вниз на быстро приближающуюся неприветливую землю.

Неожиданно мотор заработал; самолёт выровнялся. Придя в себя, Рогов положил руки на штурвал. После приземления его окружили курсанты. Все что-то кричали, спрашивали, но он, молча отстранив всех, быстро пошёл прочь.