Петербург – город маленький. Серия «Трианон-мозаика»

Нет, чего я боюсь, ломбард этот действует сколько себя помню, немало знакомых студентов перехватывали немного денег, когда становилось туго. Но по дороге к дому Марьяны я все сильнее терзалась сомнениями, и под конец бежала едва ли не стремглав. Еще раз прокляв свою неспособность запоминать цифры, я нажала на кнопку вызова в телефоне на номере Марьяны:

– Доброе… утро… Вы не могли бы мне… сами… двери…

Умница Марьяна не стала задавать лишних вопросов, и встретила меня у открытого парадного.

– Что стряслось? – ее пальцы сминали воротник светлого плаща.

– Я… В общем… Кольцо нашла… с крестом… а его… а она…

– Где нашла? На улице?

– Нет, дома, вчера, в пианино… В общем, оно там – я мотнула головой в сторону, где находился ломбард, но Марьяне от этого кивка не стало яснее.

– Ничего не понимаю!.. Какое… Какой крест?!

– Такой… белый, четырехконечный! Как ласточкин хвост!

Марьяна, ахнув, схватила меня за руку с неожиданной силой и приказала:

– Веди! По дороге все расскажешь!

Мы понеслись с нею к ломбарду, все так же держась за руки. Должно быть, со стороны мы смотрелись странно: растрепанная барышня с пунцовыми щеками и немолодая изящная дама, в хорошем плаще, тщательно причесанная, но в комнатных туфлях.

Спешили мы не зря. Охранник уже перевернул табличку на двери надписью «Закрыто» наружу, и опускал металлические жалюзи на окна ломбарда. Марьяна, ни о чем не спрашивая, едва не толкнула его, ворвавшись внутрь. Охранник, опешив на мгновение, рванулся за ней следом, захлопнув дверь перед моим носом, и мне ничего не осталось, как только беспокойно переминаться с ноги на ногу, прислушиваясь к голосам, доносящимся из недр ломбарда.

– Я сейчас милицию вызову! – это, похоже, кричит та тетка в цепочках, и охранник тоже подает голос, только не с таким самозабвением и уверенностью, так что звучит он несколько нетвердо.