Дед Мороз для одинокой Снегурочки

И взгляд такой колючий, жесткий… Как же с ним жилось-то этой легкой красавице? И в самом деле – Херасим. А еще было такое ощущение, что где-то она этого Херасима уже встречала.

– Вы бы матери-то позвонили, – на всякий случай напомнила Ксения. – Может быть, у нее тоже что-нибудь случилось. Сами говорите – дороги-то нынче…

– Я уже позвонил, – скрипнул зубами мужчина. – Нормальная у нее дорога… Скатертью.

Ксения поняла, что сунулась туда, куда не следует, и примолкла.

– Стась, ты мне потом все расскажешь, а сейчас… давай-ка, дочка, одевайся.

Вон и такси уже подъехало… – поднялся Остромичев и уже в прихожей между делом бросил: – Надеюсь, мы вас не слишком обременили?

– Да не-ет, ну что вы?! – горько фыркнула Ксения. – Конечно же, не сильно.

«Вы только перечеркнули ко всем чертям собачьим все мои планы!» – хотелось крикнуть ей, но, как воспитанная девушка, она не позволила себе расслабиться.

– Да… И за елочку… тоже… простите, – вдруг усмехнулся страшный Остромичев. – Я и в самом деле не знал, что она для детей… Обездоленных.

Точно! Вот где она его видела! Это тот вредный дядька, который не хотел отдавать ей елку!

– Ничего, – криво улыбнулась она. – Справедливость все равно восторжествовала.

– Я бы даже сказал – воровские какие-то замашки. Не успел отвернуться, а она уже елку утащила, – старательно улыбался господин с перекошенным лицом. – Но я уже на вас не обижаюсь.

– Спасибо! – резко согнулась в поклоне Ксения.

Этот дядька раздражал ее все больше.

Из-за каких-то его семейных склок у нее полетел такой праздник! Все планы – псу под хвост! Но… она должна утешиться, он на нее не обижается.

Когда она выпрямилась, Остромичевых уже не было.

Ксения взъерошила руками волосы, улыбнулась себе в зеркало и постаралась… постаралась не расплакаться. Ситуация была… более чем! Родители ее ждут дома с Виктором, сам Виктор завтра срочно вылетает, а вот Ксения… Ксения будет водить хороводы возле этой елочки. Здесь! Одна! Надо обязательно что-то придумать.

Вот сейчас она успокоится, попьет чаю… Блин! И торт весь доели, да что ж за день-то такой! Ничего, у нее целая куча конфет. А вот потом… потом она позвонит Виктору и скажет… Ох ты, она ж ему уже сказала, что едет в поезде. Так, сначала надо все же успокоиться…

Она сидела перед телевизором, глотала горячий чай и совала в рот конфеты. Вкуса конфет она не чувствовала, как и не слышала того, о чем так весело говорят ведущие на экране.