Хомут да любовь

В его родном городе назревал большой праздник – открытие огромного спортивного комплекса, ожидалось, что сюда съедется целая туча известных лиц, а потому ему – Соболю – оставаться в стороне было просто нельзя. Сейчас самое время организовать турнир, который может быть весьма прибыльным – турниры Соболя пользовались большой популярностью. Но, как обычно, что-то где-то не срасталось, кто-то отказывал в подписи, кого-то элементарно не могли найти на месте, а время шло. Понятно, что домой Соболь приходил уставший и злой, как черт.

И ни о каком портрете он и не вспоминал. Да еще Кузьма! Отчего-то совсем забросил свои обязанности и решил срочно открыть какое-то свое дело. И только через неделю Соболь вспомнил – а ведь про картину так и не звонили!

– Кузьма! – устало позвал Эдвард помощника, придя в очередной раз домой, когда уже горели фонари. – Мне никто не звонил?

– Пока я был дома – никто, – ответил тот, развалясь в соседнем кресле. – Правда, я вот только что зашел. А мне? Никто не звонил?

– Ну ты хам, – лениво фыркнул Эдвард.

 – Ты меня уже к себе в секретари определил? Совсем совесть потерял. Между прочим, я тебе давно хотел сказать – ты когда убираться будешь? Смотри – все полы махровые! А на телевизоре сколько пыли! Ты что же думаешь – я ничего не вижу?

Кузьма от такой несправедливости дернул ногами и сел:

– Ну знаешь, Эд! Я, между прочим, тоже здесь не... не картины пишу! Я, между прочим, тоже, как заяц в колесе – скачу по всем администрациям, чтобы они мне разрешили киоск поставить! Чтоб самому на ноги стать! А ты! А мне знаешь сколько денег надо!

– Не знаю, – медленно проговорил Эдвард.

 – И даже не говори, мне все равно, где ты их будешь брать, дерзай.

– Так я и дерзаю, – кивнул Кузя. – У тебя хочу занять. А где я еще-то возьму?!

Эдвард примерно что-то такое и ожидал. Он встал, поплелся на кухню и хлопнул дверцей холодильника.

– А чего – у нас опять пусто?

– Так я ж говорю – ни тебе, ни мне готовить некогда, – отозвался помощник.

– Ну так хоть бы нанял кого, если сам не можешь! – уже разозлился Соболь.

– Тебе бы только деньги разбазаривать, – проворчал Кузьма. – Нам сейчас каждую копейку беречь надо. Ничего, потерпим.

Соболь заиграл желваками. Он, конечно, мог и потерпеть, но с какой стати при этом он еще должен содержать этого дармоеда!

– Ладно... – прошипел он. – Ты можешь и потерпеть, а я... я позвоню Лешке Шурину. У них с Аней была хорошая домработница, у них телефончик сохранился.