Хозяйка нудистского клуба

– Чего это покинуть-то? – вытаращилась на него Лидочка. – Мне Ленька сказал, что у тебя жена надолго уехала. Я в общаге уже сказала, что меня две недели не будет. Хотелось хоть немножко по-человечески пожить, чтоб там душ три раза в неделю, все дела…

До Акакия смутно доходило – барышня вовсе не собирается выматываться из его благоустроенной отдельной квартиры. У барышни вдруг оказались на его отдых свои планы! Только ее сейчас не хватает… Он тут болтает о всякой ерунде, а там Анечка! Господи, она такая беззащитная девочка… Кого же это она насмерть? Вот ведь беда – насмерть! Ничего уже не исправишь.

А может, не совсем тот несчастный умер-то? Может, его можно еще того… восстановить? Нет, тогда бы Аня так не кричала. Она хладнокровная, умная… Ой, ну как же вышло-то? Если насмерть, ее ведь посадят в тюрьму… А Яночка?!

– Ты чего, молишься, что ли? – дернула Акакия за рукав его гостья…

Распузон вынырнул из своих сумбурных мыслей. Как же ее зовут, балерину-то? То ли Милочка, то ли…

– Ирочка, все потом!

– Какая я тебе Ирочка? Я, промежду прочим, Лидочкой всегда была!

– Хорошо-хорошо.

Все потом, Лидочка.

– Да ты мне еще вчера вечером про «потом» говорил! – уперла крепкие руки в крутые бока девица. – Я, главное, притащилась, Ленька меня оставил, сказал, что будет все путем… А этот ботаник меня в кресло усадил и сначала все нудил: «Лидоська, я вам подарю волсебную ноць, но только если вы покормите моего котика!» И пока я, как дура, кормила его котика, он бесстыже захрапел… А теперь просыпается и снова «потом»? Фигу с дрыгой!

Акакий злобно запыхтел.

Когда дело касалось его семьи, он умел быть безжалостным:

– Если вы сейчас не уйдете… если не уйдете… я позвоню… Позвоню сыну! Он придет, и его охрана выставит вас вон!

– А я скажу, что теперь я его новая мамочка! – перекривилась Лидочка.

– Тогда он выбросит вас самолично, – успокоил ее Акакий. – И вообще, мне сейчас не до шуток. У меня… Все! Я сажусь к телефону!

И он действительно уселся к телефону.

Лидочка, покрывая трехэтажными эпитетами всю родословную незадачливого кавалера, с грохотом начала обуваться. Потом выскочила в подъезд, с силой хлопнула дверью и уже не слышала, куда там звонит этот ненормальный ботаник, любитель театра.

– Алло, Даня? – звонил в это время Акакий Игоревич сыну. – Даня, мне нужно срочно сто тысяч рублей. Срочно, сынок! Вопрос… жизненно важный вопрос… Ты ж понимаешь, я бы так не стал… Спасибо, сын.