Любовь без башни

 – Васенька наверняка имела в виду золото или брильянты.

– Да она сдурела! – охнул Белкин. – Нет, Люся правильно сказала – лучше искусственные цветочки!

– Вот вы эти цветочки Люсеньке на день рождения и подарите! – не утерпела Василиса. – А мне все же лучше золото и брильянты, правильно вы сказали, Игнатий Петрович! Не сдерживайте своего порыва, дарите!

И прелестница одарила своего ухажера совершенно необычайно выразительным взором – томным, чуть с поволокой, ну в общем именно таким, каким она всегда смотрит на Леонардо Ди Каприо в последнем эпизоде «Титаника».

Кавалер от такого взгляда взволновался невозможно, вскочил, потом плюхнулся на диван, засучил ножками, но вовремя остановился:

– Я вам обязательно подарю, но… но на день рождения! И непременно золото! – смущенно улыбнулся он, поглядывая на Василису из-за толстенных стекол своих очков.

– И пусть это будут не маменькины зубные коронки, – нежно проворковала Васенька.

После чего кавалер немного взгрустнул, вероятно, ему мечталось подарить именно матушкины зубные протезы…

Как бы там ни было, со своим днем рождения Василиса напрочь испохабила все планы Белкина.

Мужчина твердо решил провести этот вечер вдвоем с Люсей в квартире и без посторонних, однако ж выставлять из дома почти что именинницу не отважился. Ему даже пришлось морщить лоб и придумывать, что это можно подарить этой Василисе, когда он ее и вовсе знать не знает, и даже некоторым образом недолюбливает?!

Василиса же, удачно отвоевав вечер в теплой квартире, была необузданно весела, легкомысленна и непростительно глуповата.

Она хихикала без всякого повода, переключала телевизор на самом интересном месте и совершенно не собиралась угощать кавалеров вкусностями. Казалось, она уже считала, что ее день рождения наступил.

Белкин совсем не знал, как себя вести, – терпеть капризы этой долговязой Василисы у него больше не хватало терпения, а к Люсе подступиться не было никакой возможности: она постоянно крутилась возле подруги и заглядывала той в рот.

– Я, пожалуй, пойду, – обиженно сообщил Егор Игоревич Белкин. – Так когда, вы говорите, у вас юбилей-то?

– У меня не юбилей, – кокетничала Василиса. – У меня обычный день рождения! И прошу всех к шести! Не опаздывать!

– Василисушка, но давеча вы говорили к трем, – взволнованно напомнил Игнатий Петрович.

– М-да? Я говорила к трем? – беспечно дернула плечом Василиса.