Парашют для утопающего

Вы чо – совсем не врубаетесь, что ли? Мы ж на свадьбе с вами гудели! Вы там еще уши парили, что всякие преступления фасуете! Ну? Не вспомнили? Это ж Гриня! Он еще свидетелем был у жениха! А я тоже там была! Меня Маринкой зовут. И если по девичьей фамилии – Волкова.

– А настоящая какая? – спросила Василиса.

– Волкова, я ж и говорю! Девичья, она и есть настоящая, меня ж еще никто замуж не взял. Не, ну вы ваще, что ли? Неужели не вспомнили?! Мне еще хотели в рюмку самогонки налить, а я коньяк требовала! А они, зверюги, коньяк заныкали и весь вечер мне водку чаем разбавляли.

Ну, чтоб я не догадалась. Конечно! Я и не допетрила! Зато потом такое им устроила! Ну водки ж наглоталась, чего с меня взять. Ну чо – вспомнили?

Василиса уставилась на парня и что-то такое начала припоминать.

– Да-да-да! Помню-помню. Вы, молодой человек, все еще на меня поглядывали, да? Прямо глаз не сводили. Так как, вы говорите, вас зовут?

– Гриша! – снова встряла девчонка. – А на вас он пялился, потому что вы ему очень его первую учительницу напоминаете.

Покойную. Такая же ненормальная была – все пела да плясала, а сама, между прочим, Гришку линейкой по ушам била, он их не мыл никогда, а учительница насмотрелась, как слонов дрессируют, и давай Гриню тоже: чуть что – и по ушам. Он с тех пор ваще к ушам не прикасается, принципиально не моет. А вы прям так на нее похожи, Гринька даже испугался – может, училка и не скончалась еще. Ну и, ясный перец, опять за уши беспокоиться стал.

Василиса скукожила губки клизмочкой, дернула щечками и властно позволила подруге отвести пса.

– Люся, отведи Малыша. А то торчишь тут в позе вдовы, прям неловко, тебе уже давно пора чай ставить.

Люся затолкала Малыша в свою комнату, но к чайнику не торопилась. Она уселась напротив гостей, вальяжно закинула ножку на ножку и с искренним любопытством поинтересовалась:

– А к нам вас как занесло? В гости, что ли? Или свадьбу хотите провести? Предлагаю сразу оговорить гонорар.

Маринка Волкова брыкнулась на диван, и ее ноги описали над головой Василисы дугу.

– Вы чо?! Я ж вам говорю – меня еще никто не берет! Ой, ну я щас ваще вся в осадок уйду от этих старушек! Гринь, прикинь, да? Свадьбу!

Гриня послушно растянул губы и несколько раз отчетливо гикнул, что означало неуемный смех. Люся уже стала терять терпение. С каждой минутой развязная парочка ей нравилась все меньше.