Под каблуком у синего ботинка

– Ах нет, что вы! Это наши, чисто женские секреты, – потупила взор девушка, и Акакий, улучив момент, быстренько выскочил из дома.

Клавдию разобрало любопытство – что это за секрет появился у невестки, и матрона купилась. Сладко потянувшись и зевнув во весь рот, Клавдия Сидоровна открыла глаза:

– Ой, Лилечка!! Какой приятный сюрприз! А что ты здесь делаешь в такую рань?

– У меня большое несчастье, Клавдия Сидоровна! – захныкала девчонка. – Хочу купить ведро смородины, а Данила не хочет, чтобы я занималась хозяйством.

Ну и денег не дает на ягоду. А мне так хотелось научиться хозяйничать!

Клавдия с пониманием покачала головой. Конечно, эти мужики никогда не могут понять тонкую женскую душу!

– Вот я и подумала, – продолжала Лилечка, – раз уж вы получили за машину часть денег, не могли бы мне выделить на ягоду тысяч пять?

– На ягоду? – ужаснулась Клавдия. – Ты хочешь купить плантацию?

– Так ведь еще сахар, – горестно покачала головой девушка.

Клавдия не стала вникать в хозяйственные нужды сына.

Ну, может, девчонка хочет не одно ведро купить, а десять… или двадцать… Быстренько отсчитав нужные деньги, Клавдия было уже решила заняться косметикой – как-никак должен был приехать Жора, но Лиля не уходила, а уселась на кухне и налила себе чаю.

– Ты бы, детка, поторопилась за ягодой-то, – напомнила ей Клавдия. – Да и мне пора, ты же знаешь, мы с Какой решили расследовать дело с девушкой. За мной сейчас должны подъехать.

– Этот рыжий, что ли? Как его… Жора, кажется? – презрительно дернула губкой невестка.

– Он. А чего это ты о нем с таким пренебрежением? Замечательная партия для Ани, – обиделась Клавдия Сидоровна.

Лиля закинула ногу на ногу и, покачивая тапкой, скривилась.

– И что вы в нем нашли? Громадный, рыжий, весь в веснушках, не понимаю. Для Ани самая лучшая партия – это Гаврила, я же всегда вам говорила. И красавец, и дом имеет свой, и хозяйство опять же…

Гаврила был родным братом Лилечки. К своим тридцати пяти годам он успел заиметь четверых детей от трех жен, с которыми благополучно расстался, а чтобы разгневанные женщины не выцарапали ему глаза, удалился в какую-то деревушку на постоянное место жительства.

В деревне осел в заброшенном покосившемся домике и занялся разведением кошек супермодной породы. В свое дело он вложил все оставшиеся деньги, которые чудом успел накопить, и даже какое-то время среди селян слыл бизнесменом. Однако такое простое на первый взгляд дело потерпело непредвиденный крах.