Под венец на автопилоте

После их ухода Юлька срочно решила выпить чашку кофе вместе с Машей, а заодно и поболтать о таком странном посетителе. Однако одним девушкам посидеть не удалось – в кабинет влетел Феликс и кинулся к сестре. Он, будто больную, ощупывал Машу и все приговаривал:

– Маш, ты как? Это ты орала, что мужики нормальные животные и все в таком духе? Маш, неужели ты?

Юлька ревниво скривила губы:

– Вообще, про животных мы не говорили, чем вы только там слушали!

Феликс наконец выпустил из рук сестру, плюхнулся на кресло возле стола психолога и захохотал во все горло:

– А я ведь вас всерьез вчера не принял! Нет, ну правда же! Как только увидел… Вы мне такой ветреной показались, легкомысленной! Я ведь почему к вам Машку притащил – думаю, надо же, сидит такая пухленькая девица, ничего в ней особенного нет, фигурка не фонтан, всего и прелести, что ямочки на щеках, а как себя держит! И взгляд уверенный, и ручкой-то размахивает по-королевски, и никаких комплексов по поводу лишнего веса!

– Какой такой лишний ве-е-ес? – завелась Юлька, но гость ее не слушал, а продолжал восхищаться.

– Меня эта ваша царская манера просто… Ну убила напрочь! И еще я уверен был, что вы Машке никаких нотаций читать не станете! Ну не такой вы человек! – радостно хлопал он себя по коленкам.

Юлька его восторгов не разделяла – грызла совершенно ненужная фраза по поводу несовершенства фигуры. Но этого никто, конечно же, не заметил. А Феликс токовал.

– Даже где-то в глубине души понадеялся, вдруг вы в какой ресторан соберетесь и Машку с собой прихватите.

Юлька от возмущения даже покраснела:

– Что значит – доля?! Да у меня легкомыслия знаете сколько?! У меня вообще его нет! Да для меня работа!.. Маш, сбегай чайник набери, мы же кофе хотели. Там, в конце коридора можно воду взять…

Маша прилежно мотнула головой, схватила чайник и унеслась в коридор.

Феликс уже успокоился, без спросу закурил и внимательно смотрел на Юльку прищуренными синими глазами. На нее еще никто никогда не осмеливался так нагло пялиться. А уж чего он ей здесь наговорил!.. И главное – где, спрашивается, привычное восхищение ее неотразимостью? Да Ярик бы уже в ногах ползал, если бы ему в голову только посмела залететь такая идиотская мысль, что в ней ничего особенного! А этот! Что он себе позволяет?!

И все же парень позволял.