Пончик с гвоздями

Володя выдрал из своего блокнота лист и быстро набросал заявление, в котором жители гневно требовали не строить пивной ларек на детской площадке. Миновав уже знакомую старушку, родственники принялись стучаться в каждую квартиру.

– Подпишитесь, пожалуйста… вот здесь, ага… Это чтобы ларек пивной не ставили на детской площадке, – подобострастно объясняла Клавдия Сидоровна каждому, кто открывал двери.

– А что, уже ставят? Совсем разума лишились! Скоро уже водку детям в рот заливать начнут! – возмущались одни.

– А чем вам ларек не угодил? Очень даже неплохо: руку протяни – и бутылка пива на столе. Не, я такую лабуду подписывать не буду. Да и дети у меня уже давно выросли, – хмыкали другие и подпись не ставили.

Но Клавдии Сидоровне с Володей и не нужны были подписи. Они зорко следили, не промелькнет ли где знакомое лицо или хотя бы ярко-красные туфли Жоры в чьей-нибудь прихожей. Однако двери открывали во всех квартирах, но нигде не было ничего, что хоть как-то указывало бы на присутствие Георгия Шарова.

– Нет, ты посмотри… Куда он мог подеваться? – задыхаясь от волнения, спрашивала сама себя Клавдия, когда они уселись в машину. – Все квартиры осмотрены, а ни девицы, ни Жоры.

– Ну… скажем, не так чтобы осмотрены… – задумчиво пробормотал Володя.

– Да что ты говоришь! Кто ж нам позволит?! И ведь – ты заметил? – жильцы-то тут все какие – либо старички, либо почтенные мамаши семейств. Я бы еще поняла, если бы молодняк какой-то здесь проживал, а то ведь даже никакой зацепки!

– Мне сразу эта Лера не понравилась, – покачал головой Володя.

Клавдия Сидоровна хотела было ему напомнить, как он сверкал зубами, зазывая девицу в машину, да раздумала. Теперь это уже ни к чему.

– Ничего не остается, надо звонить в милицию, – пожал плечами зять.

– Слушай, а может, ты это… поговоришь с Анечкой, а? – преданно заглядывая в глаза зятю, проговорила Клавдия.

 – Меня она слушать не станет, а тебя послушает. Все же не чужого человека в берлогу-то сунули. Жора даже костюм новый купил, и туфли опять же. Сейчас мороз на улице, и, если его где на улице выкинут, он определенно без ног останется.

– Так как же его выбросят? Не выходил же никто! И второго выхода из подъезда нет, я смотрел! – взвинтился Володя, но послушно стал нажимать на кнопки.

Клавдия не стала слушать разговор супругов.