Поймать и женить

 – Вы меня просили группу на остров привести, я привел! Забирайте!

К такому повороту событий Кулаков не был готов. Он замялся, потом оглядел собак, бесчинствующих на лужайке, тоскливо посмотрел на свою группу и уверенно распорядился:

– Хозяева! Возьмите собачек на поводок!

– Ага! Где их сейчас возьмешь!

– Ха! Теперь только когда они сами нагуляются.

– А мой вообще ко мне в последнее время не подходит, ему с собаками интереснее.

– Да мы бы уж давно их взяли, только догнать надо!

– Не нужно догонять! – вовсю командовал Кулаков.

 – Не бегите за собакой! Женщина! Прекратите гонять собаку! Окликните и начинайте убегать! Так… А теперь присядьте, пес сам к вам подойдет! А теперь похвалите!

С грехом пополам собак кое-как удалось угомонить, а потом еще полчаса ушло на то, чтобы самих собаководов выстроить в шеренгу.

– Сегодня занятия проводить не будем, – расхаживал перед своей новой группой Кулаков. – У меня сейчас занятия в другой группе, а вот завтра я вас жду.

Несколько минут Кулаков отвечал на вопросы растерянных собаководов, а когда поляна опустела, он повернулся к Ивану Михайловичу:

– Все, слезайте. Ушли ваши «дружки».

Теперь можно было спускаться. Тем более что руки и ноги у Коровина затекли. Да и сколько можно тут торчать, будто он грач какой! Но… было еще одно важное дело, которое необходимо было выполнить, иначе… Ой, даже трудно представить, что произойдет, если Коровин ослушается.

Поэтому он игриво прищурился и кокетливо, точно барышня на первом свидании, произнес:

– Я, конечно, слезу, но при одном условии. В эту субботу вы обязательно должны прийти к нам в гости! Мы с Машенькой вас будем очень ждать!

Кулаков махнул рукой:

– Простите, не могу. Слезайте.

– Тогда уж, простите, не слезу! – обиженно отвернулся Коровин к коряге. – Вот так и помру тут.

– Да вы издеваетесь, что ли? – вытаращился конкурент. – Ну и сидите! Подумаешь, цаца какая!

Он не стал уговаривать взрослого мужика.

В самом деле, сегодня и так столько времени потрачено впустую! Кулаков быстро направился к своей группе, но с коряги вдруг раздался оглушительный вопль.

– А-а-а! Умира-а-а-ю! – истошно голосил Коровин. – Помогите-е-е!

– Слезайте! – снова дернулся к нему Кулаков.

– Ни! За! Что! – гордо дернул худенькой шейкой возмутитель спокойствия.

Кулаков уже не стал разбираться.