Веселый портфель. Сборник

 – в голос ревел Санька, но ребята уже достали фломастеры и зарисовывали лысые места темными цветами. От дела их отвлек звонок. Прибежала младшая сестренка Костика – Шурочка.

– Ой-е-ей! Что вы наделали! – заойкала девочка. По всему ковру валялись Сашкины кудри, Вовкин новый костюм был усыпан клочками волос, а перед зеркалом сидел зареванный Сашка и совсем был не рад своей новой прическе.

– Ой, Санька! А у тебя голова на глобус похожа!

– Иди отсюда! – прикрикнул на нее Костик и девочка, обиженно надув губки, выбежала за двери.

– Не слушай ты ее. Отрастут твои кудри, знаешь, как они быстро растут.

Санька уже не смотрел на себя. Он представил, как придет домой, как встретят его мама и папа и папа сразу все поймет. А утром он войдет в класс… Анна Сергеевна так хотела весь год видеть всех красивыми.

В двери снова позвонили, но теперь уже Шурочка пришла не одна, а с какой-то женщиной.

– Здравствуйте, горе- мастера! – весело улыбнулась она. – Я ваша соседка с третьего этажа, Меня зовут тетя Света, а работаю я в парикмахерской.

Мне Шурочка сказала, что нужна моя скорая помощь?

Мальчики покраснели и опустили глаза. Перед настоящим мастером было стыдно за свои художества.

Тетя Света достала из пакета машинку и снова усадила Саньку на стул. Она работала быстро и умело. После ее машинки на Сашкиной голове оставались ровные полосы совсем коротеньких волос. Через пять минут тетя Света сказала:

– Ну, вот и все. После вашей работы это самое лучшее, что я могла сделать.

Но ты, дружок, не переживай, – обратилась она к Саньке, – Сейчас это очень модно. В такой головке есть особенный шарм!

Сашка смотрел на себя в зеркало и улыбался. Теперь он себе нравился.

Вечером, когда отец и мать вернулись с работы, их встретил Санька с новой прической.

– Ну что ж, хорошо, – одобрил отец, – Я и не знал. что тебе нравятся такие лысые… короткие стрижки.

– Что ты, пап! Это сейчас очень модно! И еще мне мастер сказала, что в моей голове есть какой-то особенный шар! И как он там оказался?

Кем быть?

Костик Сережкин учился в третьем «Г» классе.

Вернее, не то, чтобы учился, а так, отбывал повинность, надо и ходил. Мама всегда говорила:

– Костик, это же не просто учеба, это твоя работа. Ты так же трудишься, как я или папа, старайся.

Костик надувал губы, а про себя думал: «Ага, если бы мне за мою учебу еще и зарплату, как тебе с папой платили, я бы старался.