VIP-услуги для змеюки

Ей казалось, что они непростительно здесь задержались, и потому беседу свела к самому минимуму.

– Танечка! – крикнула она хозяйке. – Ты нам быстренько напиши адреса своих подружек да возьми денежки… Вот, в сущности, и все.

Люся от возмущения задышала паровозом и ужасно выкатила глаза.

– А зачем вам адреса? – появилась в дверях Татьяна с ведерным самоваром в руках.

– Да мы с подругой открываем свою парикмахерскую, штат нужен, а тут как раз весь коллектив в полном составе, – махнула рукой Василиса и поднялась.

 – А у тебя тут славненько. Ты, Танечка, пожалуй, не раздувай самовар-то… Мы торопимся. Ну что, Люсенька, пойдем? Не будем мешать девушке наводить порядок. А завтра вы с ней снова встретитесь и поговорите о новой работе. Кстати, Танюша, Людмила Ефимовна совершенно бешеные деньги платит своим мастерам, так что переписывай адресочки, не топчись зря… Да вообще, может, и адресочки завтра? Танюша пока как следует вспомнит. А сегодня, извини… Видишь, Люся, мы мешаем, отсчитай деньги, и пойдем.

– А чего мешаем? Садись отдохни! – зашипела Люся и резко дернула подругу.

Василиса всем весом ухнула обратно на диван, приземлившись в самый центр большого хрустального блюда. Под ее седалищем что-то слабо хрустнуло, и женщины с ужасом замерли.

– Что там было? – почему-то шепотом спросила Василиса. – Хрустело так, будто там ячейка яиц.

– Да ну, кто тебя в яйца сажать станет… – побелевшими губами пролепетала Люся. – Так… кастрюлька какая-то…

– Это было хрустальное блюдо, – не дыша, проговорила Татьяна.

 – Мне… мне его на двадцать пять лет подарили. Еще дома, в деревне, мамка в сельпо брала… Да ничего, мне оно уже не нужно…

Василиса стала медленно подниматься, и с ее юбки посыпался хрустальный дождь мелких осколков.

– Васенька, ты у нас как Серебряное Копытце. Тот тоже искры метал, – решила подсластить пилюлю подруга, но Татьяна все испортила своим замечанием:

– У того козлика из копыт искры летели, а у вашей подруги все больше из…

– Так мы что хотели у тебя, Танечка, спросить… – попыталась прервать ее Люся.

– Нет, я па-а-апрошу! – вдруг озлобилась Василиса. – Вы меня только что инвалидом сделали! Какие могут быть разговоры! Срочно домой! Может, мне перевязка требуется! Может, я уже изрезанная вся! Домой!

У Люси кончилось терпение. Осколки блюда были такие маленькие, что им никак бы не удалось проткнуть плотный слой Васиных зимних, пардон, рейтуз.