Звёздочка моя новогодняя

– Я еду на эти идиотсткие гастроли черт-те куда! А он!

Петр пытался ухватить рыбину, но она скользила в руках, и обезоружить жену никак не получалось.

– А кто?! Кто тебе позволит ехать на эти самые гастроли?! – уворачивался от ударов Петр. – Я знаю! Уй… Я знаю, чем вы там занимаетесь, на своих этих… Ай! Блин! Прямо по голове! Я знаю, что вы там на гастролях делаете! Да что ж ты меня прямо в скулу-то?! Никуда не поедешь!

– Ага! Тебя буду спрашивать!

– Будешь! Я твой муж!

– Тогда содержи нас! Работай! Ты уже третий месяц нигде не работаешь! Или выметайся!

– Ах, вот ты как заговорила! – обиженно заметил Петр.

 – Тогда я все понял!

Он гордо вскинул голову.

– Так бы и сказала, что у тебя появился новый хахаль!

Увернуться от рыбины ему не удалось, она прилетела прямо в лоб, но сила презрения супруга была так велика, что он решил не обращать внимания на скользкую рыбу.

– Уезжай! – с театральной трагичностью заявил он. – Детей и квартиру я оставляю себе, а ты… Ты теперь вольная птица!

– Обрыбишься! – отрезала Женька.

 – Квартиру он себе оставляет! Мы с детьми будем жить здесь! Потому что за ипотеку плачу я! И я поеду на эти гастроли! Потому что там хорошо платят, а ты! Все! Ты мне больше не муж! Разведемся после моего приезда! Детки, а вы уже собрались к бабе Даше?

Когда Женька заглянула в комнату, руки у нее опустились – вся комната была перевернута вверх дном. Посреди комнаты, на ковре катался клубок из Аньки и Ваньки.

– Смирррно! – рявкнула Женька. – Всем стоять!

– Ма, а кто победил – мужики или бабы? – оторвался от драки сын и уставился на мать.

– Победили любовь и дружба, – ласково оповестил отец, выглядывая из кухни, и… тут же тапок с ноги супруги угодил ему в переносицу.

Эдмунд Леонидович в возмущении бегал по залу, благородно тряс начесанным, высоким хохолком и заламывал руки:

– Нет, ты только подумай! Набрать целую… свору! Да! Именно свору! И назвать это труппой! Ты мне только скажи – на кой ляд надо было тащить с собой эту Крутикову?! Показывать лишний раз, что в нашем театре совершенно нет талантов?!

– Ну как же нет, Эд, а ты? – тихо собирала вещи в огромные чемоданы Татьяна Олеговна.

 – И Женя просто незаменима. Мы будем ставить детские спектакли, а она единственная актриса-травести.

– Единственный незаменимый артист в этом балагане это я! Пора бы уже усвоить! – разгневался супруг.