Равновесие во Тьме. Писатель

 – Ты…

Девушка отдалилась от меня, а я, обернувшись, успел заметить лишь длинные темные волосы, собранные в косы.

– Лови солнце! – слышал я, обнаружив себя на ступеньках.

Остывая, они снизили внутренний накал ненависти к неверной жене, но возбудили интерес к истине, что не нашлась в выпитом дорогом виски. Вспомнив, что я договаривался провести время с Лизи до того, как узнал от Билла интимные подробности ее жизни, я вновь попытался подняться по лестнице, держась за перила и забираясь на огромную террасу.

Открыв дверь и преодолев коридор, я увидел Лизи, сидящую на полу в гостиной. Видимо, ждала меня, перебирая фотографии.

– Смотри, мы были счастливы… – со слезами говорила она, поправляя разодранное короткое платье. – Очень счастливы…

– Зачем ты надела его?! – взбесился я. – Сними с себя эти лохмотья! Немедленно! Снимай!

– Оно напоминает то утро, – перебирая остатки ткани, ответила Лизи, глядя на меня с улыбкой. – Ты помнишь? Это незабываемый момент…

– Как в тебе помещается столько лжи! – закричал я, топча свадебные фотографии.

 – Твою мать! Черт! У нас разная реальность, я…

Лизи перебила меня, начав страстно целовать, как не целовала с того раннего утра в комнате родительского дома.

– Да отвали ты от меня! – отталкивая ее, орал я. – Не хочу тебя видеть! Не хочу трогать! Не хочу знать! Исчезни из моей жизни!

– Давай все забудем? – предложила она, опустившись на колени и расстегивая мои штаны. – Все ругаются, а потом страстно мирятся…

Посчитав, что она что-то приняла, я схватил ее за подбородок, и начал разглядывать глаза, продолжая обзывать, выходя из себя.

– Во мне твоя любовь… – странным голосом шептала Лизи. – Она давно со мной. Еще с прошлой жизни. Теперь мы оказались здесь.

– Что ты несешь, сука?! – орал я, будучи вне себя от ярости. – А?!

– Не лишай меня возможности быть с тобой, – просила она. – Я отказалась от всего ради тебя. Ричард, мы созданы друг для друга…

От непонимания я раздражался еще больше. Лизи бесила, и провоцировала меня, вытаскивая наружу дикого зверя.

Когда я спросил ее напрямую про Эдди, она опустила глаза, уточнив, откуда я знаю подробности той ночи, но все равно пытаясь все отрицать. Нескольких слов о Джессике было достаточно, чтобы выбить ее из колеи, и я увидел перед собой влюбленную, ранимую девчонку.

– Прости… – сказала она. – Мне нужно отойти…

– Нет, – сурово ответил я, остановив ее. – Ты останешься здесь. Страдай и ной на моих глазах. Плачь.